fan_project (fan_project) wrote,
fan_project
fan_project

Category:

Африканский детектив и исчезнувшие сокровища зулусского правителя




У матабеле, африканской народности, живущей на плато Матопо в Зимбабве, из поколения в поколение передается легенда о несметных сокровищах зулусского короля Лобенгулы, сына великого вождя Мзиликази. Когда в 1893 году в его владения вторглись войска английских колонизаторов, Лобенгула бежал из своей столицы Булавайо. С собой он увез два огромных сундука, полных золота, алмазов и слоновой кости. Сундуки были так тяжелы, что телегу с драгоценной поклажей с трудом тащили десять быков. После многодневных скитаний маленький караван вышел к нижнему течению Замбези. Переправившись на другой берег, Лобенгула приказал разбить лагерь вдали от жилья среди хаотического нагромождения скал. Здесь, на территории Мозамбика, можно было не опасаться преследователей.

Утром король объявил своим приближенным, что решил окончить затянувшееся путешествие. Он стоит на краю могилы - малярия доконала его. Но прежде ему нужно выполнить свой долг перед матабеле. Он должен спрятать королевские сокровища так, чтобы они не попали к белым захватчикам.


Той же ночью, когда все в лагере крепко уснули, отведав за ужином пальмового вина со снотворным снадобьем, носильщики под наблюдением самого Лобенгулы перетащили сундуки в укромное место и закопали в глубокой яме. После этого четыре колдуна джу-джу, сопровождавшие зулусского короля, умертвили их, чтобы никто не мог выдать тайну клада. А через несколько дней умер и сам Лобенгула.

Но белые все же проведали о зарытых сокровищах и много раз посылали экспедиции на их поиски.- Однако найти так и не смогли. Ибо, как гласит легенда, джу-джу заколдовали клад таким образом, что он никогда не дастся в руки белым.

Душ из золотых соверенов
Как и в любой легенде, в истории исчезнувших сокровищ зулусского правителя реальные факты переплетаются с вымыслом.

Начать с того, что Лобенгула предстает в ней этаким благородным африканским вождем, который стал жертвой белых колонизаторов. На самом деле это был жестокий правитель, не моргнув глазом приказывавший тысячам убивать ни в чем не повинных людей. Не случайно его крааль назывался Булавайо, что означает «Место убийств».

В восьмидесятые годы прошлого века к Лобенгуле зачастили европейские гости, стремившиеся получить у него концессии. Все они привозили с собой богатые подарки, чтобы снискать расположение африканского царька. И тот охотно откликался на их просьбы, ставя лишь одно условие: чтобы оплата шла золотом. Например, каждый месяц он получал от английской горнорудной компании сто золотых соверенов. К концу его жизни только ее выплаты составили в общей сложности шесть тысяч фунтов стерлингов. А таких компаний было не одна и не две.

Здесь нужно заметить, что до появления европейцев африканские вожди исчисляли свои богатства слоновой костью. Так вот Лобенгула унаследовал от своего отца огромные запасы этой «валюты», да и сам значительно увеличил их за время правления с 1870 по 1893 год. Сотни подданных Лобенгулы трудились на алмазных шахтах Кимберли. В те дни еще не было электронных приборов, и кражи очень часто оставались незамеченными. Говорят, что каждый матабеле, возвращавшийся с шахты домой, должен был принести алмаз для короля. Иначе его ждало суровое наказание.

Поэтому можно не сомневаться, что Лобенгула был сказочно богат. Он много тратил на своих жен, на шампанское, на бусы и роскошные одеяния. Но все эти расходы составляли лишь небольшую толику его богатств, которые буквально текли рекой в королевский крааль в Булавайо.

Об их величине говорит хотя бы такой факт. Фирма Джона Орра из Кимберли продала туземному монарху два больших сейфа. Один из них он наполнил необработанными алмазами, а другой - золотыми слитками. Кстати, помимо поступавшей от европейцев платы за концессии, Лобенгула и сам вел добычу золота в собственной шахте и приобрел специальное оборудование для его обработки.

«Все обрывочные свидетельства, собранные воедино, приводят к однозначному выводу: огромные сокровища действительно существовали, и они не были растрачены», - писал в своем донесении в Лондон полковник Хью Маршалл Хоул, который стал британским специальным уполномоченным в Булавайо после захвата Родезии. В частности, он приводит такой факт. Лобенгула очень любил принимать «душ» из золотых соверенов, которыми осыпал короля его личный секретарь Джон Джэкобс.

«Негодяй из негодяев»
Так охарактеризовал этого человека белый миссионер, долго живший в Булавайо. Джэкобс стоит того, чтобы рассказать о нем подробнее, потому что именно у него оказался ключ к тайне сокровищ Лобенгулы.

Джон Джэкобс, у которого была светлая кожа, описывался разными журналистами и историками и как готтентот, и как полукровка, и как капский цветной, и как метис финго. На самом деле он происходил из племени абелунгу, жителей Бомбаналенда в Транскее, которые унаследовали немного «белой» крови от потерпевших там много лет назад кораблекрушение европейцев. Мать бросила его еще совсем ребенком. Не по годам смышленого малыша взяли к себе миссионеры в Капской колонии. Позднее, поскольку юный Джэкобс подавал большие надежды, они послали его в Эдинбург для продолжения образования. Хотя там он не был посвящен в духовный сан, впоследствии этот африканец часто выдавал себя за священника эфиопской церкви.

Вскоре после возвращения в Южную Африку молодой Джэкобс был пойман в Кимберли на нелегальной скупке краденых алмазов и приговорен к принудительным работам на моле в Столовой бухте. Но стоило ему выйти на свободу, как он тут же опять попал в тюрьму за попытку изнасилования. Правда, поскольку полиция использовала его в качестве «подсадной утки», Джэкобс получил небольшой срок. После его отбытия он продолжал заниматься различными криминальными делишками, а когда за ним стала охотиться полиция, бежал в Булавайо, где быстро втерся в доверие к Лобенгуле.

Главную роль тут сыграло то, что Джэкобс говорил и писал по-английски, по-голландски и знал несколько африканских языков. Это произвело неотразимое впечатление на зулусского короля. «Ты негр, а можешь, как белый, заставить бумагу разговаривать», - не раз восхищался тот. Так в 1888 году Джон Джэкобс стал личным секретарем и переводчиком африканского монарха.

Будучи его доверенным лицом, он знал все секреты королевского крааля и умело пользовался этим. Учитывая преклонный возраст Лобенгулы, Джэкобс постарался сблизиться с его «главной женой» Досикейи, рассчитывая с ее помощью, когда наступит подходящий момент, попользоваться богатствами своего господина. Это была опасная игра, но коварный Джэкобс вел ее так умело, что оставался в милости у Лобенгулы до последних дней его жизни.

В начале 1893 года, когда миссионеры и торговцы покинули Булавайо, король обратился к своему личному секретарю за советом. Джэкобс прямо сказал Лобенгуле, что в любом случае его правлению скоро придет конец, и посоветовал надежно спрятать накопленные огромные сокровища, чтобы можно было роскошно жить и в изгнании.

О том, как развивались дальше события, достоверных фактов слишком мало. Поэтому приходится полагаться на легенды, слухи и догадки.

Вскоре после вышеупомянутого разговора из королевского крааля в Булавайо вышел целый караван из дюжины фургонов с сокровищами, который сопровождали больше сотни человек охраны, а во главе были один из братьев Лобенгулы и Джэкобс. Путь лежал в отдаленный район, где не было никаких поселений. Там предводители отобрали надежных людей, которые на себе относили сокровища за несколько миль к вырытому ими глубокому тайнику. Затем его завалили камнями, а неподалеку оставили известные только двум вожакам ориентиры.

Когда люди вернулись к фургонам, Джэкобс приказал воинам перебить тех, кто участвовал в захоронении клада. Есть свидетельства, что Лобенгула выслал большой отряд, чтобы встретить у Кузунгулы и уничтожить вообще всех участников этого похода, кроме своего брата и Джэкобса. С его стороны это была дополнительная подстраховка, чтобы никто не смог сообщить белым даже приблизительно, где спрятаны королевские богатства. Сам же он рассчитывал на помощь брата и личного секретаря, чтобы добраться до сокровищ. Однако произошло непредвиденное. Во время бойни в общей сумятице Джэкобс застрелил королевского родственника. Причем сделал это так, что его смерть была приписана случайной пуле. В результате он остался единственным, кто знал тайну клада.

Исчезнувшие сокровища
В ноябре 1893 года две колонны английских войск двинулись на Булавайо, разбили войско матабеле и вошли в горящий крааль. Как только сражение закончилось, начались поиски сокровищ. Среди пожарища был найден большой серебряный слон, которого в свое время подарили Лобенгуле торговцы, получившие концессию. А вот настоящей слоновой кости не было, хотя солдаты прочесали развалины и разрыли чуть ли не весь крааль. В конце концов англичане решили, что Лобенгула увез сокровища с собой. За королем была послана погоня.

В буше вести распространяются быстро, и Лобенгула узнал о преследователях раньше, чем они настигли его. Он попытался кончить дело миром и вручил Джэкобсу тысячу фунтов золотом, велев доставить их англичанам вместе с таким посланием: «Белые люди, я побежден. Возьмите золото и уходите». Но деньги почему-то попали не к майору Уилсону, командовавшему отрядом, а в руки двух бесчестных солдат, которые тайком поделили соверены. Позже их уличили в игре в карты на крупные ставки, и они признались, что взяли золото и сожгли письмо Лобенгулы.

Тем временем сам король с несколькими своими женами, тремя сыновьями, Джэкобсом и большим числом рабов продвигался к Замбези. Наступил сезон дождей, почва раскисла, превратившись в болото. Им пришлось бросить фургоны и продолжать путь верхом. Это было очень тяжелое путешествие. В конце концов пали все кони. Лобенгула был вынужден разбить временный лагерь в буше. Все произошедшее сломило его, и, когда в лагере началась эпидемия оспы, он умер одним из первых.

Непрекращающиеся тропические ливни заставили английское командование прекратить преследование. Однако оно послало своего агента, торговца по имени Досон, узнать судьбу Лобенгулы. К концу января 1894 года он вернулся в Булавайо с известием о смерти зулусского короля. Подробности не, были известны, но считалось, что его похоронили там, где он умер, - на берегу ручья Млинди, в сорока милях к югу от Замбези.

Вскоре после этого Джэкобс сдался властям. На допросе он заявил, что ничего не знает о судьбе исчезнувших сокровищ. Правда, при нем нашли необработанные алмазы, которые наверняка были украдены в Кимберли. Но Джэкобс утверждал, что ими с ним расплачивался сам Лобенгула за его работу секретарем и переводчиком. Трудно сказать, насколько поверили этому англичане. Во всяком случае, они не возбудили против него уголовное дело, а лишь отправили через границу в Трансвааль. Едва ли кто-то предполагал в то время, что выслан единственный очевидец, который был уверен, что рано или поздно найдет сокровища Лобенгулы.

Прошли годы, отгремела англо-бурская война, и Джон Джэкобс решил, что власти в Родезии забыли о нем и его преступлениях.

В конце 1903 года на отдаленный пост английской колониальной администрации в Баловале, недалеко от границы Северной Родезии с Анголой, прибыли трое белых людей из Юго-западной Африки на трех фургонах. Они сообщили английскому комиссару Дж.-Х. Веннингу, что занимаются поисками сокровищ Лобенгулы. Веннинг подробно записал об этом визите в официальный дневник, который сохранился в архивах. Причем он привел и показания проводника, которым оказался Джэкобс. Последний утверждал, что сокровища были зарыты не в Южной Родезии, как полагали многие, а за границей, в португальской колонии. Клад якобы состоял из двух сейфов, набитых золотыми соверенами, ящика с необработанными алмазами и большого количества слоновой кости. Этот груз везли на тринадцати фургонах. Что же касается их маленькой экспедиции, то, по словам Джэкобса, они искали клад, но ничего не нашли.

Допрашивавшего его Веннинга удивило, что человек, который собственными глазами видел, как зарывают сокровища, не смог их обнаружить. На что у того нашлось вполне правдоподобное объяснение: «Я случайно услышал, что белые собирались убить меня, как только я покажу им заветное место. Поэтому я сделал вид, что не смог его найти».

Джэкобса оштрафовали за незаконный переход границы и выслали. Восемь лет спустя он опять проскользнул незамеченным через родезийскую границу с еще одной хорошо оснащенной экспедицией и добрался до Леалуи в Баротселенде. На сей раз Джэкобс, кажется, действительно заблудился. Во всяком случае, они вернулись с пустыми руками. Его вновь опознали, арестовали, посадили на месяц в тюрьму, а затем вновь выдворили из страны. После первой мировой войны Джэкобс привел еще одну группу кладоискателей, замаскированную под охотничье сафари. Но бдительная местная полиция не забыла его, и после короткого пребывания в тюрьме он был в последний раз выслан из Южной Родезии.

До конца своих дней бывший личный секретарь зулусского короля не переставал строить планы поисков его сокровищ. В частности, он рассказал о них майору Лейпольдту, а также охотнику Томасу Эллису. Последний даже пытался получить разрешение, чтобы Джэкобс сопровождал его в качестве проводника. Но родезийским властям уже надоел этот настырный тип, и в разрешении было отказано. Тогда Эллис предпринял несколько попыток самостоятельно разыскать клад, руководствуясь описаниями Джэкобса, но, очевидно, они были слишком неточными. Короче, до места захоронения клада охотник так и не добрался. А 28 июня 1937 года Джон Джэкобс умер, поэтому расспрашивать больше стало некого.

Из разведчиков в землемеры
Следующая глава этой похожей на детектив истории открылась после первой мировой войны, когда Юго-западная Африка, бывшая колония Германии, стала подмандатной территорией южноафриканцев.

…Майор Лейпольдт узнал о сокровищах Лобенгулы еще до встречи с Джэкобсом. В 1915 году, будучи офицером разведки при германском посольстве в Виндхуке, он случайно наткнулся в секретном досье на папку с лаконичной надписью «Лобенгула». Из любопытства он просмотрел находившиеся в ней бумаги, которые очень заинтересовали его. Дело в том, что ранее Джэкобс раскрыл свою тайну трем немцам из Юго-западной Африки. В обмен на составленную с его слов карту они подписали заверенный у нотариуса договор, в котором подтверждали право Джэкобса на третью часть клада. Так вот, в досье имелись копии и договора, и карты. Судя по другим документам, немецкий синдикат по добыче алмазов. также знал, где в дебрях Анголы спрятаны сокровища. Немецкие предприниматели были настолько уверены в точности полученных данных, что не сомневались в успехе планировавшейся экспедиции. Они даже намеревались обратиться к германскому правительству с просьбой выделить военный корабль для перевозки сокровищ в Германию. Но начавшаяся война спутала все карты.

Заинтригованный майор Лейпольдт изучил всю секретную и открытую информацию, связанную с этим запутанным делом. У него сложилось мнение, что горные районы неподалеку от границы Анголы вполне могли подойти для осуществления планов Лобенгулы. Зулусский король опасался, что ему придется бежать из своих владений. Зная, что есть отдаленная, никем пока не контролируемая местность за ангольской границей, он мог отправить туда свои сокровища, намереваясь последовать за ними, если англичане захватят Булавайо.

Везение сопутствовало будущему кладоискателю. Когда он начал свое расследование, судьба свела его с англичанином Веннингом, который за девять лет до этого допрашивал Джэкобса относительно предполагаемого местонахождения сокровищ Лобенгулы. И тот подробно пересказал майору все, что узнал от африканца. После этого у отставного разведчика не осталось никаких сомнений в существовании тайника с сокровищами именно на территории Анголы.

Первую попытку найти клад Лейпольдт предпринял в 1920 году. В Кейптауне он купил подержанный «форд» и отправил его морем в Уолфиш-бей. Оттуда проехал через всю Юго-западную Африку в Анголу. В то время это было почти подвигом, поскольку даже главные дороги на протяжении десятков километров становились непроезжими из-за песчаных заносов. Затем он продвинулся на некоторое расстояние по ангольской территории. Но добраться до приграничного района на востоке колонии ему не удалось. Португальские власти в чем-то заподозрили южноафриканца - видимо, сыграла свою роль его принадлежность в прошлом к разведке - и вернули непрошеного гостя обратно.

Во время следующей экспедиции в 1921 году Лейпольдт двигался через Южную и Северную Родезию, следуя по маршруту каравана с сокровищами, и получил новое подтверждение того, что находится на правильном пути. Многие местные жители еще помнили давний поход, ибо свирепые лобенгульские воины опустошали округу, как саранча. Отставной майор, его спутник Джэклин и их туземные носильщики вступили на территорию Анголы, не поставив португальскую администрацию в известность о своем прибытии. Район, прилегающий к границе, был настолько отдаленным, что местные власти не тревожили их. Довольно быстро Лейпольдт и Джэклин обнаружили остатки нескольких сожженных фургонов. Следовательно, захоронение должно было находиться где-то неподалеку.

Фургоны стояли у края большой прогалины в непроходимой лесной чаще. Если когда-то туда и была дорога, за прошедшие годы буйная тропическая растительность не оставила от нее никаких следов. Зато в центре прогалины лежал большой камень. Он явно служил ориентиром, но сам не был указателем, что именно под ним зарыты сокровища. Выкопанные рядом с ним канавы свидетельствовали, что от сотворения мира никто не вторгался сюда. На деревьях вокруг прогалины кое-где можно было различить какие-то зарубки. Но гадать, на что они указывают, было бессмысленно. Все обнаруженное говорило, что клад действительно находится где-то в этом районе. Однако искать его наобум, полагаясь лишь на случайную удачу, Лейпольдт не собирался. Он решил впредь методично обследовать окрестности, чтобы выявить наиболее перспективные места.

Вновь и вновь Лейпольдт возвращался к этому уединенному месту в лесной чаще, месяцами ломал голову над тем, как найти ключ к разгадке, и снова рыл впустую. Упорный кладоискатель предпринял еще три экспедиции в Анголу с разными партнерами в 1924, 1925 и 1928 годах. Результатов не было.

Отчаявшись самостоятельно добиться успеха, Лейпольдт принялся искать первоисточник сведений о кладе - Джона Джэкобса. Благодаря прошлой работе в разведке у майора остались обширные связи в полиции, которые и помогли ему в конце концов найти бывшего личного секретаря Лобенгулы, жившего в гостинице «Апельсиновая роща» в Йоханнесбурге. При встрече с ним Лейпольдт выдал себя за внука миссионера, когда-то взявшего маленького Джона на воспитание. Движимый запоздалой признательностью, тот охотно рассказал, как зарывались сокровища. А напоследок даже вручил «внуку миссионера» более подробную, чем все предыдущие, карту местности, где это происходило.

Окрыленный, Лейпольдт предпринял в 1930 году последнюю, и самую основательную, попытку, полагаясь на сообщение Джэкобса. К тому же на сей раз у него было больше денег для оплаты работ, чем когда-либо раньше. Через несколько недель после прибытия на место поисков ему посчастливилось сделать важную находку. В одном из разведочных шурфов оказались останки тех лобенгуловских воинов, которые зарывали сокровища. Лейпольдт приказал копать дальше. Когда же яма углубилась на четыре метра, ее стенки внезапно обвалились, заживо похоронив десять местных рабочих.

Несмотря на эту трагедию, Лейпольдт намеревался продолжить раскопки. Но сделать это ему не удалось. Африканские рабочие считали, что клад заколдован джу-джу и поэтому смерть ждет каждого, кто попытается добыть его. Копать здесь землю - значит рыть себе могилу, заявили они. Вдобавок ко всему начался сезон дождей. Участников экспедиции начала косить малярия. Это было истолковано как прямая угроза могущественных сил погубить всех, если они не покинут это место. Лейпольдт и сам едва не умер от малярии. К счастью, лихорадка отпустила его, но дальнейшие раскопки пришлось прекратить. Едва державшийся на ногах от слабости, он выбрался из залитого водой леса обратно в цивилизованный мир, абсолютно уверенный, что ходил по сокровищам.

После стольких неудач кладоискатель почувствовал себя безмерно уставшим и разочарованным. Ведь только расходы в течение десятилетних поисков золота зулусского короля составили огромную сумму в двенадцать тысяч фунтов, которая могла бы сделать его богачом. Впоследствии Лейпольдт поселился в городке Спрингбок в Намакваленде, где работал инженером-землеустроителем - необходимые для этого знания бывший разведчик приобрел за время поисков легендарного клада, вел переписку с другими охотниками за сокровищами Лобенгулы, хотя сам больше никогда не пытался искать их.

Впрочем, его вера в существование клада и возможность найти его оставалась непоколебимой до самой смерти. Именно поэтому в 1935 году он подробно записал в своем дневнике содержание его разговора с Джоном Джэкобсом, видимо, в надежде, что это поможет будущим кладоискателям:

«Джэкобс доверился мне в память о моем деде. По его словам, он зарыл сокровища, включающие два фургона золота (примерно четыре тонны), несколько возов слоновой кости и два ведра алмазов. Затем Джэкобс предусмотрительно убил всех, кто помогал ему, так что теперь он единственный, кто знает место клада. «Покоритель Африки» Сесиль Роде прилагал очень большие усилия, чтобы найти эти богатства. Я нашел это место, но точное местонахождение тайника известно только в радиусе пятидесяти ярдов… Отметки на деревьях, с помощь которых Джэкобс смог бы установить его точно, были уничтожены разрушительным действием времени и лесными пожарами. Таким образом, не остается ничего иного, как перекопать все это место. За время моих экспедиций, начиная с 1920 года, я проделал три четверти работы. Мне приходилось нанимать от восьмидесяти до ста рабочих, так как грунт был очень твердый. Джэкобс уверяет, что они рыли на двадцать футов вглубь до коренной скальной породы, а затем проделали в ней углубление с помощью взрыва. Потом скальный грунт был уложен обратно так, чтобы напоминал коренную породу, поэтому данное место легко не заметить. Нами были использованы электрические и магнитные приборы, но они ничего не дали из-за наличия в глине и коренной породе железа. Работы возможно вести только в течение августа, сентября и октября, так как в остальное время грунт очень сырой… Я подорвал свое здоровье и финансовое положение, но я настолько уверен в успехе, что упорно продолжаю дело».

Очень высокопоставленные кладоискатели
Шел 1934 год. К этому времени широко распространились слухи о зарытых в буше сокровищах, и в дело вмешались португальские власти. Они потребовали половину клада, если кто-нибудь найдет его. Узнав об этом, выдвинула претензии и южноафриканская алмазная компания «Де Бирс» на том основании, что среди сокровищ Лобенгулы есть алмазы, украденные с ее шахт в Кимберли. А лондонское миссионерское общество, выступавшее от имени матабеле, заявило, что половина клада должна принадлежать потомкам вождя.

Появление столь могущественных претендентов на ценности зулусского короля отпугнуло кладоискателей-одиночек: какой смысл рисковать деньгами, а может быть, и жизнью, чтобы потом в случае удачи отстаивать свои права на сокровища с сомнительной перспективой выиграть дело?

Сыграло свою роль и то, что даже детальные указания Джэкобса, полученные Лейпольдтом, так и не помогли ему обнаружить клад. Вполне возможно, что доверенный Лобенгулы слишком понадеялся на свою память, а она подвела его. Оставленные же в лесу ориентиры вполне могли быть ложными.

Поэтому появилось много разных версий относительно того, в каком направлении отправился из Булавайо караван с ценностями и где, следовательно, могут быть спрятаны сокровища. Например, в книге «Семь затерянных троп Африки» Хедли Чиверз утверждает, что, двинувшись вначале на север, он затем повернул на восток и много дней добирался до последней стоянки на берегу реки Саби. По другой версии, клад захоронен к северо-западу от Булавайо в районе водопада Виктория. Наконец, еще один вариант приводится в иллюстрированном сборнике «Все наши вчерашние дни», вышедшем в Солсбери. В нем целый ряд деталей совпадает с тем, что обнаружил майор Лейпольдт: сожженные фургоны, могила в лесу, ориентиры в виде зарубок на деревьях, но они соотнесены с совсем другими географическими координатами.

Одним словом, тайна клада Лобенгулы до сих пор остается неразгаданной. Единственное, что не вызывает сомнения, так это его существование.
«Сокровища, омытые кровью: О кладах найденных и ненайденных», С.И. Демкин, 1997г.

Tags: История
Subscribe

  • С фотоаппаратом и камерой

    Более трех тысяч прыжков совершил Роберт Иванович Силин. Он не только высококлассный парашютист, но и высококачественный фотограф и…

  • С предельной высоты

    Есть практическая необходимость и в совершении прыжков с предельно больших высот. Парашютисты наши прыгают с 15–16 и более километров,…

  • Секунды мужества

    Знаете, сколько их набралось на счету Ивана Ивановича Савкина? Около 300 000! Говоря по-другому, это означает, что он провел под куполом…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments