fan_project (fan_project) wrote,
fan_project
fan_project

Categories:

Кораблик




Вот это флаг! Не флаг, а флажище больше пятидесяти квадратных метров! Бело-голубое полотнище закрывает почти всю стену музейного зала. В годы войны оно развевалось над самым большим кораблем Краснознаменного Балтийского флота линкором «Октябрьская революция».

А рядом флаг размером в четверть метра. Его носил один из самых маленьких кораблей Балтики катер-тральщик, или, сокращенно, КТЩ. Он настолько мал, что по водоизмещению тысяча таких составила бы один линкор.

Когда комсомольца старшину Григория Давиденко назначили командиром КТЩ, он приуныл. Мечтал о линкоре, крейсере или миноносце, мечтал о «солидном» корабле, а тут пожалуйте на скорлупку с экипажем в шесть душ. Даже безымянная скорлупка, лишь номер на борту. А вооружение? Один пулемет.


Но Давиденко огорчался напрасно: на флоте важны все классы кораблей, каждый решает свою боевую задачу. Линкор «Октябрьская революция» дальнобойными орудиями громил фашистские батареи, укрепления, уничтожал живую силу и технику, а КТЩ…

Катер-малыш был кораблем на все руки: он высаживал десанты в тыл врага, нес дозор, выслеживал фашистские суда, доставлял боеприпасы на острова, возил почту… Но главное тралил вражеские мины.

За катером шли канонерские лодки, сторожевики, плавучие базы, шли спокойно, уверенно. Знали: маленький кораблик надежно расчистит фарватер.

В июле 1944 года Григорию Давиденко за боевые подвиги была вручена Золотая Звезда Героя Советского Союза. А месяц спустя он устроил знаменитый кронштадтский «парад».

19 августа 1944 года по главной улице крепости плелась колонна пленных фашистов. Трусливо косясь на жителей города-крепости, по булыжной мостовой шагали офицеры, фельдфебели, матросы. Вид у гитлеровцев был жалкий: мокрые, взъерошенные, выпачканные мазутом. Несколько часов назад всю эту братию выудили из воды.

В те летние дни сорок четвертого года наши войска, стоявшие на побережье Финского залива, готовились к освобождению Эстонии. Их должны были сопровождать канонерские лодки. Гитлеровцы из кожи лезли, чтобы задержать выход советского флота в Балтику. Каждую ночь, крадучись, фашисты сбрасывали сотни мин.

18 августа катер главного старшины Давиденко находился у входа в Нарвский залив. Минувшей ночью здесь были замечены силуэты фашистских кораблей: наверное, опять ставили мины. И теперь матросы зорко приглядывались к неспокойному морю.

Прямо по курсу неизвестный предмет! доложил сигнальщик.

Давиденко вскинул бинокль: меж волн приплясывала металлическая бочка. Откуда здесь буй? Вчера его не видели…

Давиденко подвел катер к бочке. Точно, немецкий буй…

А что, если фашисты поставили его на границе своего минного поля, чтобы в следующую ночь не напороться на собственное заграждение? произнес Давиденко.

Вроде приметного столбика, сказал моторист Николай Хаевский. Он улыбнулся и добавил: Давайте-ка перенесем этот столбик на минное поле? Пусть они свои мины поцелуют. А?

Верно, согласился командир. Только вот якорь-то у этого буя, наверное, будь здоров!

А у нас табун добрых коней, пошутил моторист. Выжмем из двигателя до последней лошадиной силы.

О риске подорваться на минах не говорили: риск, понятно большой, да ведь волков бояться в лес не ходить.

Завели швартов, дали ход. Стальной трос как струна, а буй ни с места. Тогда мотористы увеличили число оборотов.

Пошел! закричали матросы. Пошел!

На поверхность всплыли водоросли якорь, волочась по дну, вырывал их с корнями. Буй оттащили на четыреста метров, потом выбрали швартов и ушли.

А ночью гитлеровское командование направило в Нарвский залив четыре новейших эскадренных миноносца типа «ягуар», каждый нес по шестьдесят мин. Корабли и покрашены были под хищников борта и надстройки в темных пятнах и кольцах.

Когда отряд подошел к Нарвокому заливу, командир флотилии Копенгаген приказал отыскать буй. Сигнальщики обнаружили его, и вскоре на корабли поступила команда ставить мины.

И вдруг под днищем головного «ягуара» раздался взрыв. Эсминец повалился на правый борт, люди, мины, шлюпки вое полетело в воду. Через минуту корабль исчез в пучине.

Остальные корабли застопорили ход, но поздно. Под бортом второго миноносца полыхнула багровая вспышка, корабль переломился. Наскочил на мину и третий.

По воде разлилась горящая нефть, повсюду носились обломки и барахтались немецкие моряки. Борясь с волнами, они поплыли к оставшемуся «в живых» четвертому «ягуару», но тот с покривившейся мачтой и вмятинами в бортах ему тоже крепко досталось взял курс на запад, ничуть не заботясь о спасении утопающих.

Но и этому «ягуару» далеко уйти не удалось тоже напоролся на мину.

А со стороны южного берега Финского залива, роя носом волну, к месту гибели вражеской флотилии мчались советские катера. Рискуя жизнью, они вышли на минное поле, стали поднимать из воды немецких моряков, оказывать помощь раненым.

Гитлер капут! кричали пленные. Гитлер капут!

Спасли сто семь человек, вытащили из воды и командира флотилии офицера Копенгагена. Пленных повезли в Кронштадт.

Так маленький катер с экипажем в шесть моряков отправил ко дну четыре больших корабля.

«Потонувшие миноносцы построены в 1942–1943 годах и принадлежат к наиболее современным кораблям этого типа, сообщало Советское информбюро 21 августа 1944 года. Скорость миноносца — 34 узла (свыше 60 километров в час). Каждый из них имел следующее вооружение: четыре 105-миллиметровых орудия, два автоматических 37-миллиметровых орудия, три 20-миллиметровых орудия и шесть торпедных аппаратов. Команда миноносца — 190 человек».

Эта история имеет свое продолжение.

После окончания Великой Отечественной войны катера-тральщики еще много лет воевали с «рогатой смертью». Они бесстрашно шагали по минным полям, открывая голубые дороги пассажирским, грузовым и рыболовным судам.

Но однажды в Нарвском заливе рыбаки неожиданно обнаружили несколько плавающих немецких мин. На Краснознаменном Балтийском флоте объявили тревогу: волны могли вынести «рогатую смерть» на главный фарватер, по которому суда ходят из Ленинграда в Таллин, Ригу, в зарубежные страны. Отряд катеров-тральщиков был послан на поимку сорвавшихся «с привязи» взрывчатых шаров.

Кораблик Григория Давиденко нашел среди волн две мины. Обе были «хвостатые»: волочили за собой большой кусок ржавого минрепа стального троса, который совсем недавно удерживал их на якоре. Мичман подошел к ним на «тузике» — маленькой лодочке, привязал к рогам подрывной патрон, поджег запальный шнур и скорее обратно, к своему КТЩ… Над морем прокатилось два взрыва.

«Откуда они здесь появились?» — думал Давиденко. Ведь Нарвский залив тралили очень тщательно, не должно быть «огрехов». Уж не повинны ли в этом те «ягуары», что наскочили на собственные мины в августе 1944 года?

На кладбище немецких кораблей спустились водолазы. Один из них коснулся тяжелыми свинцовыми ботами какого-то предмета, который тотчас ушел из-под ног в сторону. А через секунду в иллюминаторе скафандра показалась… мина. Моряк облегченно вздохнул: хорошо, что не наступил на ее рога…

Искореженные корпуса «ягуаров» были усыпаны минами. Рогатые смертоносные шары покачивались и вокруг кораблей на минрепах, размотавшихся на три, четыре, пять, десять метров.

Вдруг рядом с бортом спасательного корабля всплыла мина. Моряки оттолкнули ее шестом.

Немедленно прекратите трогать мины! приказали по телефону водолазам.

Мы к ним не прикасаемся, был ответ. Они всплывают сами рвутся проржавевшие минрепы.

Так была разгадана тайна Нарвского залива.

В штабе флота задумались: как уничтожить подводный минный арсенал? Тралить невозможно, обезвреживать каждую мину в отдельности и долго, и опасно.

«Кладбище» решили взорвать. Его оградили буями, ориентируясь по ним, самолеты-пикировщики сбросили тяжелые фугаски. Одновременно со взрывами бомб взрывались и мины.

Потом над местом гибели «ягуаров» прошли катера — «морские охотники». Они сбросили глубинные бомбы. Море гудело от взрывов, на поверхность выбросило спасательные круги, обломки деревянных трапов.

Когда водолазы вновь спустились на дно, они увидели лишь груды металлического лома: все мины сдетонировали.
Николай Андреевич Бадеев, «Принимаю бой», 1973г.

Tags: История
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments