fan_project (fan_project) wrote,
fan_project
fan_project

Category:

О скипетр, венец, о трон



Екатерина II Великая (Часть 5)

После восшествия на престол Екатерине предстояло решить одну нетривиальную задачу, усидеть на нем. Армия не получала жалованье, государство с трудом выполняло бюджетные обязательства, в среде заводских и монастырских крестьян то тут, то там вспыхивало недовольство, указы Сената не местах не выполнялись. В стране процветало взяточничество, чиновникам не выплачивали жалованье, казалось еще чуть-чуть и Россия затрещит по швам.

Перво-наперво императрица приказала уничтожить монополии, предоставила торговле естественную свободу, вернула государству управление таможнями.
Осознав уровень денежного дефицита, Екатерина рассказала сенаторам, о тех деньгах, которые за 20 лет правления накопила Елизавета Петровна (4 млн. рублей найденные Петром III после смерти Елизаветы I). Государыня сказала, что, так как эти деньги по праву принадлежат ей, она хочет, чтобы теперь, никто не делал разницы между интересами России и интересами императрицы. Государыня решила передать «елизаветинское наследство» в российскую казну, некоторые сенаторы, осознав услышанное, заплакали.
Фике сделала свою первую серьезную ставку в игре на звание русской императрицы.
Государыня запретила экспорт хлеба из России, что через считанные недели привело к стабилизации экономической ситуации в империи. Понизила налоги на соль, что заставило заговорить о мудрости новой правительницы всю страну. Холодильников в те времена не было, ледники строились не в каждом доме, поэтому только соль помогала крестьянину сохранить мясо, рыбу, икру, и овощи на зимние месяцы.
Екатерина задобрила Гвардию, отменив фридриховскую униформу и прусскую тактику построения войск, церкви она вернула имущество, реквизированное по приказу Петра III.  

Наивные Версаль и Вена после переворота ждали, что не сегодня, завтра Россия вновь вступит в войну с Фридрихом II, однако у Екатерины появились другие планы относительно Пруссии. Для начала она предложила сторонам конфликта, посредничество в заключении с Прусским королевством мирного договора.
Мария Терезия написала Екатерине II сочащееся от лести письмо, в котором выразила надежду на взаимную дружбу. 6 июля 1762г. австрийский посланник  д’Аржанто спросил у канцлера Воронцова, планирует ли Россия далее выполнять союзнический долг. Канцлер ответил, что расстроенные государственные дела не позволяют русской армии участвовать в боевых действиях против Фридриха.
Доброхоты донесли Екатерине, что в переписке Фридриха и Петра III, прусский король нелестно отзывался о Великой княгине. Даже обладая этой информацией императрица, встречая ненавистного прусского посланника Гольца, надела самую радушную маску, и барон во время приема поверил, что он прощен этой умной женщиной.
Екатерина задумала вернуть Курляндию Бирону, или возвратить Курляндии Бирона. Государыня предвидела скорый раздел Польши, и стремилась усилить позиции России в будущей игре. Теоретически она понимала, что с Фридрихом лучше договориться о стратегии игры, еще до того как противники сядут за стол.
Фридрих, чудом сохранивший земли королевства, чтобы закрепить нежданный успех, согласился на передачу престола Курляндского герцогства хоть Бирону, хоть другому ставленнику Екатерины.
Став марионеткой русской императрицы, Бирон предоставил в Курляндии свободу православию, гарантировал беспрепятственный проход русской армии через земли герцогства, и обещал не интриговать против Екатерины.
29 июня 1762г. в день отречения Петра III от престола Екатерина приказала русскому посланнику в Копенгагене барону Корфу, заверить датского короля в том, что Россия не начнет против королевства боевые действия. В ответном послании посол написал императрице, что датский двор и народ ликовал.
Версаль и Вена оказались в дипломатическом тупике, они не имели влияния на Екатерину и не знали, кто поможет им найти к императрице подход. Хитрая женщина сама подставила им под удар, свою увядшую любовь, пана Понятовского, который по слухам вновь претендовал на роль фаворита.

Понятовский стал единственным человеком, которому Екатерина открыла истинное положение дел, вот письмо императрицы, опубликованное Станиславом Августом в мемуарах:
«9 августа 1762
Не могу скрывать от вас истины: я тысячу раз рискую, поддерживая эту переписку. Ваше последнее письмо, на которое я отвечаю, было, похоже, вскрыто. С меня не спускают глаз, и я не могу давать повода для подозрений - следует соответствовать. Я не могу вам писать, будьте выдержаннее. Рассказывать о всех здешних секретах было бы нескромностью - словом, я решительно не могу.
Не тревожьтесь, я позабочусь о вашей семье.
Мне нельзя послать Волконского, вы получите Кайзерлинга, который прекрасно вам послужит. Я буду иметь в виду все ваши рекомендации.
Не хочу обманывать вас: меня все еще вынуждают делать множество странностей, и все это - самым естественным образом. Пока я повинуюсь, меня будут обожать; перестану повиноваться - как знать, что может произойти».

Находясь в плотном кольце «друзей» Екатерине приходилось ежедневно преодолевать сотни препятствий, соблюдать тысячи предосторожностей, удерживая на своих хрупких плечах тяжесть правления великой империей.
Как будто предчувствуя скорую смерть польского короля Августа III, Государыня пообещала Понятовскому польский престол. Дурачок Станислав отправил два письма «своей Фике», в которых просил не корону строптивой Польши, а теплое место фаворита в российской столице. Чтобы остудить пыл бывшего возлюбленного Екатерина написала ему, что появившись в Петербурге, он рискует тем, что «друзья» императрицы объявят на него охоту. Если она и привирала, то не много.
Однажды за ужином, крепко принявший на грудь Орлов, заявил собутыльникам, что он добывший Екатерине престол, с легкостью может передать скипетр и державу другому правителю. Ухари гвардейцы замолчали, в зале повисла тишина, только граф Разумовский, со смехом похлопывая Орлова по плечу, сказал: «Можешь Гриша, можешь, но через неделю после переворота, мы тебя вздернем на дыбе».
Эти слова отрезвили Орлова, отныне и навсегда он стал для императрицы громоотводом, ограждая возлюбленную от ударов придворных интриганов.

12 июля 1762г. в петербургском «Летнем дворце» Екатерина приняла возвращенного из ссылки Алексея Петровича Бестужева. Железный старик сблизился с Гришкой и сделал последнюю свою ставку в серьезной политической игре, поставив на карту братьев Орловых. Он рассказал фавориту о тайном браке императрицы Елизаветы Петровны с Алексеем Разумовским. Орлов истолковал историю верно, и стал уговаривать императрицу обвенчаться с ним, но не тайно, а открыто, а экс канцлер собрал подписи дворян под коллективным прошением к Государыне о вступлении во второй брак. Подвергаясь ежедневному давлению со стороны Бестужева и Орлова, Екатерина вынесла вопрос о возможном браке с Орловым на рассмотрение Государственного Совета. Услышав каверзный вопрос, царедворцы опустили головы и, опасаясь, лишний раз вздохнуть, потупив взоры, молчали. Затянувшуюся паузу прервал Никита Иванович Панин, сказавший глядя в глаза Екатерине, что российская императрица вольна делать, что душе угодно, но госпожа Орлова, увы, не останется русской императрицей.
После Совета Бестужев уговорил канцлера Михаила Илларионовича Воронцова съездить домой к Алексею Разумовскому и попросить у него бумаги, подтверждающие венчание с императрицей Елизаветой Петровной. Граф любезно принял Воронцова в своих покоях, выслушал просьбу, достал из тайника связку документов, нежно поцеловал свитки и бросил их в пылающий камин. Он сказал изумленному канцлеру, что жизнь свою прожил преданным рабом императрицы Елизаветы Петровны.
Вопрос о замужестве отпал сам собой, императрица дала понять Орлову и Бестужеву, что она не нуждается в муже-императоре на троне.

Вернув Церкви, имущество отобранное Петром III Екатерина решила, что желательно в будущем, освободить духовенство от мирских забот связанных с управлением обширными угодьями и крепостными монастырскими крестьянами.
18 июля 1762г. она учредила «Комиссию о духовных имениях», которую возглавил статс-секретарь Григорий Николаевич Теплов. Комиссии предстояло упорядочить права Церкви на имущество и определить варианты его последующего использования.
9 февраля 1763г. в Неделю Торжества Православия митрополит Ростовский и Ярославский Арсений (Александр Мацеевич), на богослужении к анафемам против еретиков, проклял обижающих церкви и монастыри. После этого он стал забрасывать Синод протестами против конфискации имущества Церкви. Арсений писал, что даже монголы и те не трогали Церковь. В то, что митрополит, владеющий 16-тысячами душ крепостных крестьян, являлся бескорыстным защитником веры, и сегодня верится с трудом. Узнав, что Арсений вызывает протестные настроения у своей паствы, Екатерина дала архиерею такую характеристику: «Лицемер, пронырливый и властолюбивый бешеный враль».
14 апреля митрополита доставили в Москву, встретившись с Государыней, он продолжал говорить, обличительные речи. Дело дошло до того, что императрица в одну и встреч с митрополитом, чтобы не слышать хулы, заткнула себе уши, пока Арсению вставляли в рот кляп.
В этот же день строптивца лишили сана, Екатерина великодушно сохранила Арсению жизнь, приказав сослать расстригу в северодвинский Николо-Корельский монастырь. После этого случая больше никто из иерархов не посмел противиться церковной реформе.
Обер-прокурором Святейшего Синода назначили Ивана Ивановича Мелиссино, а его заместителем камер-юнкера, Григория Александровича Потемкина.
Результатом работы «Комиссии стал «Манифест о секуляризации монастырских земель», увидевший свет 26 февраля 1764г. Церковные земли и 2 миллиона душ крепостных монастырских крестьян передали в управление «Коллегии экономии синодального управления». C собранных земельных доходов коллегию обязали ежегодно выделять церкви 460-тысяч рублей. К концу правления Екатерины эта сумма увеличилась вдвое. Секуляризация позволила Государыне обеспечить бюджет финансами необходимыми для новых реформ.

В 1762 – 1763гг. «Тайной экспедиции» удалось раскрыть и арестовать заговорщиков готовивших переворот в пользу заключенного в Шлиссельбургской крепости Ивана Антоновича, сына свергнутой с престола Анны Леопольдовны. В июле 1764г. подпоручик 25-го пехотного Смоленского полка Василий Мирович, склонил 45 солдат к освобождению из застенков истинного русского императора Ивана VI. Когда подпоручик ворвался в темницу, он увидел лежащий в луже крови труп самого несчастнейшего правителя из рода Романовых.
Иоанна Антоновича закололи шпагами капитан Власьев и поручик Чекин, выполнившие приказ, о ликвидации, в случае попытки освобождения узника.
Проигравший Мирович сдался крепостной охране, при обыске у него изъяли бумаги с планом свержения императрицы. Согласно задумке заговорщиков, после освобождения Иван Антонович, провозглашался новым государем, Чернышев, Разумовский и Орловы приговаривались к четвертованию, а Екатерин депортировалась на родину.
Тело невинно убиенного мученика Ивана VI тайно захоронили в Шлиссельбурге, сегодня обсуждается вопрос о начале процесса канонизации невинно убиенного русского императора.
Верховный суд приговорил 25-летнего Василия Яковлевича Мировича к смертной казни посредством обезглавливания, 15 сентября 1764г. на Сытнинской площади приговор привели в исполнение. Народ, отвыкший, вида казней отмененных в правление Елизаветы Петровны ужаснулся, когда палач показал отсеченную голову с эшафота. Шестерых солдат, рьяно поддержавших мятеж, наказали шпицрутенами, а потом сослали на каторгу.

Вскоре после восхождения на престол Екатерина начала переписку с Франсуа-Мари Вальтером.
Европа восхитилась, узнав, что у нуждающегося в средствах основателя «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремесел» Дени Дидро русская императрица купила личную библиотеку. Согласно купчей книжное собрание становилось собственностью Екатерины II, только после смерти философа. Императрица назначила Дидро библиотекарем, с жалованием 1-тысяча ливров в год.
62-летний философ получил авансом гонорар за 50 лет работы, агенты императрицы приобрели для Дидро в Париже добротный дом.  

Другой французский энциклопедист Жан Лерон Д’Аламбер не принял приглашение Екатерины, стать воспитателем наследника престола Павла Петровича, но до последнего дня жизни получал из Санкт-Петербурга материальную помощь.

Единственным великим французом с кем Екатерина не выстроила дружеских отношений, оказался Жан Жак Руссо, он как безумный твердил денно и нощно, «русских варваров нужно загнать обратно в глухие леса».        

Императрица отправляла в пригород Женевы городок Верне, где жил Вольтер, гонорары за написанные философом статьи, дарила философу ювелирные украшения и русские меха. После его смерти она за 30-тысяч золотых рублей выкупила у его племянницы библиотеку просветителя (7 тысяч книг и 37 томов с рукописями).
Французский драматург Пьер-Огюстен де Бомарше, приобретя права на полное собрание сочинений Вольтера, объявил в рекламных целях, что в издание войдет переписка русской императрицы и великого философа. «Господин Фигаро» без стеснения заявил, что 100-тысяч экю, потраченные на право издания собрания сочинений, он вернет за счет публикации писем Екатерины к Вольтеру, еще столько же он заработает на письмах философа к императрице.   
Только после Великой французской революции 1789г. Екатерина осознала, что страшные машины доктора Гильотена, явились в свет порожденные идеями Вольтера. Словно почуяв запах крови и мертвечины, она приказала убрать из рабочего кабинета бюст французского философа.  

В 1766г. в стране провели «Генеральное межевание», в ходе которого вскрылось, что землепользование и земельные отношения в России сильно запутаны. Суды оказались парализованы бесконечными тяжбами, тысячи дворян не имели правоустанавливающих свидетельств на угодья. Владения подданного подлежали конфискации, если на то была воля Государя. Страна нуждалась в законе, который бы защищал землевладельца от любого произвола власть предержащих. Екатерина верила, что наследственные земли человек получает по воле Господа, и произвол Государя, или государевых чиновников вступает в прямое противоречие с законами Божьими. На плане работ по межеванию императрица собственноручно начертала девиз: «Каждый при своем».
В ходе «Генерального межевания» в Российской империи обмерили, описали и документально оформили, каждый земельный участок. Императрица лишала себя права конфисковать землю у изменников, заговорщиков, или впавших в немилость царедворцев. В случае казни преступника земля переходила к членам его семьи, или сохранялась за осужденным до отбытия срока наказания.

В 1767г. Екатерина пустилась в путешествие по Волге, помимо инспекции Ладожского канала, встреч с восточными купцами, императрица демонстрировала подданным, что их чаяния не останутся без внимания. Она мечтала предстать перед народом не Государыней, а любящей матерью, готовой выслушать жалобы, выявить виновных в несправедливости и свершить правосудие. Она понимала, что чиновники будут готовиться к ее приезду (как готовятся и поныне) и сама же, как бы случайно проговаривалась, какой город она посетит. Она знала, что к запланированной дате приезда чинуши отремонтируют городские здания, дороги, мосты, уберут мусор и свалки.
В дороге помощники готовили для императрицы справочную информацию, включавшую в себя: географические данные о регионе, описание инфраструктуры городов, характеристики состава народонаселения, профессионального и конфессионального состава населения местности.

В 1767г. в Москве начала работу «Уложенная комиссия», которой предстояло систематизировать российские законы, увидевшие свет после вступления в силу «Соборного уложения» 1649г.
В работе комиссии участвовало 600 депутатов выбранных из числа городских жителей, дворян, казаков, купцов государственных крестьян, духовенство было представлено уполномоченным от Синода. Екатерина подтолкнула народных избранников к обсуждению вопроса если не отмены крепостного права, то серьезного улучшения положения подневольных крестьян. Богатейший землевладелец Александр Сергеевич Строганов, жестко пресек начавшиеся дебаты, заявив, что в России нет альтернативы крепостному праву.
Для членов комиссии Екатерина подготовила собственноручно написанный «Наказ», в котором обосновывалось создание общества основанного на принципе «блаженство каждого и всех». В основу наставлений императрицы легли работы  философов, правоведов и общественных деятелей того времени: Д’Аламбера, Монтескьё, Дидро, Беккариа.
«Наказ» состоял из 22 глав и 655 статей, в которых рассматривались:
- принципы государственного устройства;
- законотворчество;
- уголовно-процессуальное право и судопроизводство;
- состояние социальных групп в стране;
- совершенствование систематизации нормативно-правовых актов.
Монархия признавалась идеальной формой правления, Государь стоял над подданными и наделенный абсолютной властью управлял державой.

Комиссия заседала год, императрица не раз слышала, как дворяне жалуются на крестьян и наоборот, казаки на чиновников, иноверцы на несправедливость и мздоимство судейских. Екатерину поразили представители самоедского народа сказавшие, что никакое «Уложение» им не нужно, если русские соседи и чиновники будут строго выполнять законы, тогда и наступит счастье для самоедов.
18 декабря 1768г. в связи с объявлением войны Турции работа «Уложенной комиссии» была приостановлена, часть депутатов после последнего заседания отправились в действующую армию. Работа комиссии дала пищу для размышлений и наметила ориентиры для дальнейших преобразований Российской империи.
Материалы, подготовленные в ходе заседаний, впоследствии использовались при подготовке кодекса 1775г. «Учреждения для управления губерний Всероссийския империи» и «Грамот на права вольности и свободы всему российскому дворянству» 1785г.

Во внешней политике Екатерина сосредоточила усилия на освобождении от турецкого владычества земель Крыма, Причерноморья и Северного Кавказа.
В начале правления польского короля Станислава Понятовского, в феврале 1768г. часть польского дворянства созвала конфедерацию в городке Бар.
Конфедераты выступили против короля, а, следовательно, и против России. По просьбе Понятовского русские войска стремительным ударом заняли города Бердичев, Бар, Львов, Краков. Мятежники обратились за помощью к султану Османской империи Мустафе III, который не раздумывая использовал данный инцидент для объявления войны России.
В ходе войны 1768–1774гг. русская армия, не числом, а умением, била противника и в хвост и в гриву при Рябой Могиле, Ларге, Кагуле, Козлуджи.
Русская эскадра уничтожила Турецкий флот в Чесменском сражении.
10 июля 1774г. Турция подписала Кючук-Кайнарджийский мирный договор, Россия получила контрибуцию в 4,5млн. руб, Крымское ханство обрело независимость. В состав России вошли Кабарда, Азов, Керчь, Еникале, Кинбурн. Русские корабли смогли свободно ходить в турецких водах, султан признал титул Русского императора, и право России на защиту христиан и представление интересов православных при решении спорных вопросов с Портой. Верноподданные Российской империи получили право без уплаты налога посещать Иерусалим и другие святые для каждого православного, библейские места.
После подписания мирного договора крымский престол достался русскому ставленнику хану Шахин Гераю. 14 апреля 1783г. хан подписал отречение, Крым вошел в состав Российской империи.
Шахин Герай Пожив в Таганроге, Тамани, Воронеже, Калуге в 1787г. перебрался в Османскую империю, где его и казнили по приказу султана Абдул-Хамида I.    

В 1787г. Турция, науськиваемая Англией, Францией и Пруссией набралась смелости и выдвинула Екатерине Великой ультиматум, потребовав вернуть под власть султана Крым с Грузией, и согласиться на обязательную проверку турецкими моряками трюмов всех российских кораблей идущих через Босфор и Дарданеллы.
Получив отказ, 13 августа 1787г. Османская империя объявила России войну.
В ходе четырех с лишним лет боевых действий русская армия одержала блистательные победы в Кинбурнском сражении, при взятии Очакова, битве под Фокшанами, сражении при Рымнике, и штурме Измаила. Военно-морской флот России разгромил неприятеля у Фидоноси, в Керченском сражении, у мыса Тендра, в сражении при Калиакрии.
В армии и на флоте появилась целая плеяда великих полководцев Румянцев, Суворов, Кутузов, Ушаков.
С раскрытым от изумления ртом Европа объясняла блистательные победы русского оружия не гением полководцев и храбростью русского солдата, а разложением турецкой армии.

В 1791г. новый турецкий султан Селим III (Абдул-Хамид I умер, не пережив взятия Очакова) подписал с Российской империей Ясский мирный договор. Османы согласились с включением в состав России Крыма, Тамани, Кубани, при этом Государыня милостиво позволила султану не выплачивать контрибуцию в размере 7млн.руб.
После завершения русско-турецкой войны 1768-1774г. Екатерина осознала, что Орлова, который 12 лет оберегал её власть, пора было отпускать на волю.
Императрица, ставшая Великой, нуждалась не в любовнике-телохранителе, а в грамотном соправителе, который бы жаждал вместе с ней обустраивать Россию.
Этим человеком стал Григорий Александрович Потемкин.

Tags: Екатерина II Великая
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments