fan_project (fan_project) wrote,
fan_project
fan_project

Category:

Какой ты нафиг танкист



Вениамин Борисович Вайсман родился в 1914 году, в житомирской еврейской семье. Его отец был профессором, старшая сестра стала ученым-химиком, а Венька прославился в определенных кругах, как Веня Житомирский.
В девять лет он тиснул у отца золотые часы Павелъ Буре, а в 20 получил первый свой срок.

Харьковскому карманнику-виртуозу справедливый советский суд дал 10 лет. Неунывающий Вениамин восемь раз бежал из мест заключения. Он многократно менял фамилии, но всегда оставался верен, еврейским корням: Зильберштейн, Трахтенберг, Рабинович. В 1942 году после второго побега он осел в Орехово-Зуево, познакомился с доброй девушкой и пообещал ей завязать. Вениамин устроился на завод, жена подарила ему двух сыновей, но схема «дом – работа – дом – выходные – семья» быстро ему надоела, и он уехал в одиночные «гастроли». В Подмосковье он влюбил в себя дежурную по железнодорожной станции и вместе с новой пассией угнал состав с дефицитным товаром.
Когда следователь допрашивал сестру Вайсмана и узнал, что она без пяти минут профессор, он нагнулся к женщине, и сказал:
«Вы думаете, это Вы умная, нет криминальный гений ваш брат».
Вскоре его задержали и вновь отправили по этапу.
В 1944 году он бежал из Северо-Печорского исправительно-трудового лагеря. Блуждая по тайге, Вайсман обморозил ноги и пальцы на руках и сам вернулся в зону. В местном «красном кресте» беглецу до колен ампутировали ноги, и пальцы на левой руке.
Получив I группу инвалидности, Вайсман откинулся в октябре 1945 года и приехал в Москву. Первый раз вор себе изменил, на Казанском вокзале. Добрые люди, выгрузили на перрон из вагона, искалеченного на войне капитана танкиста, дважды Героя Советского Союза, Вениамина Кузнецова.
Перед тем как приехать на гастроли в столицу опытный вор, обкатал свой внешний облик, усиленный наградами и поддельными документами в нескольких регионах страны. Все прошло без сучка, без задоринки.
В Москве Вайсман-Кузнецов стал объезжать всевозможные министерства и ведомства. Как правило «героя» принимали министры, всем он рассказывал одну и ту же историю. Во время боя за Зееловские высоты, его тридцатьчетверку сжег фаустник из гитлерюгенда.
Чудом его вытащили наши пехотинцы, военврачи отсекли у него все лишнее, и теперь он когда-то здоровый мужик остался без средств к существованию.
Министру речного флота СССР, Зосиме Алексеевичу Шашкову, Вайсман представился мотористом «Амурского пароходства». Министр распорядился выделить танкисту-герою 4300 рублей в качестве «подъемных», а так же бостон и сатин на пошив гражданской одежды.
Михаил Иванович Салтыков, министр лесной промышленности СССР, тепло встретил у себя в кабинете товарища Кузнецова, до войны работавшего мотористом в «Амурском леспромхозе». Министр распорядился выделить герою 2500 рублей из своего фонда, и набор необходимых бытовых электроприборов.
Затем были министры пищевой и угольной промышленности, министры финансов и сельхозмашиностроения. Всего во время «московских гастролей» Вайсман собрал 53 100 руб., кучу отрезов ткани, 22 пальто, 18 костюмов, 28 рубашек.
Президент «Академии Наук СССР» Сергей Иванович Вавилов, подарил «герою-фронтовику» лучшие отечественные протезы, а секретарь ЦК ВКП(б) товарищ Патоличев, распорядился выделить Кузнецову квартиру в центре Киева.
Сдурил Венька, когда пошел на прием к народному комиссару «Авиационной промышленности СССР», Михаилу Васильевичу Хруничеву. Если бы он только знал, что Хруничев со времен работы в УГРО «Луганской окружной милиции» подобных гастролеров, чуял за версту. На приеме Веня зачем-то ляпнул, что он героический летчик, сбил 25 немецких самолетов, одно время ему даже посчастливилось служить под командованием Василия Иосифовича Сталина. Хруничев попросил героя попить чаю, а сам из переговорной позвонил Василию Сталину, и выяснил, что тот и слыхом не слыхивал о летчике-истребителе Вениамине Кузнецове. Вайсмана арестовали, и дали на удивление мало, 9 лет лагерей. После освобождения он уже не мог заниматься ни воровством, ни аферами, Вениамин Вайсман по блату устроился в грозненский «Дом инвалидов», где и скончался в 1969 году от туберкулеза.

Tags: История
Subscribe

  • С фотоаппаратом и камерой

    Более трех тысяч прыжков совершил Роберт Иванович Силин. Он не только высококлассный парашютист, но и высококачественный фотограф и…

  • С предельной высоты

    Есть практическая необходимость и в совершении прыжков с предельно больших высот. Парашютисты наши прыгают с 15–16 и более километров,…

  • Секунды мужества

    Знаете, сколько их набралось на счету Ивана Ивановича Савкина? Около 300 000! Говоря по-другому, это означает, что он провел под куполом…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments