fan_project (fan_project) wrote,
fan_project
fan_project

Category:

Нападение Германии на Россию представляет собой однозначное благо для демократий



С яростью, словно воплотившей в одной драматичной вспышке всю долгую историю их насилия над собственными народами, два великих революционных режима современности внезапно схлестнулись в схватке не на жизнь, а на смерть. Это – война, предначертанная самой судьбой, давно уже предугадывавшийся конфликт между тоталитаризмом и тоталитаризмом. Он вторгается в ход идущей уже второй год более масштабной борьбы между тоталитаризмом и демократией и сливается с нею воедино – ошеломляя весь мир своей бурной внезапностью. Несомненно, он окажет глубокое влияние на развитие событий в этой войне. Столь же несомненно, что Гитлер, решивший вдруг резко повысить ставки в игре, многократно усилил и потенциальную опасность собственного положения.


Для американцев, наблюдающих за событиями со стороны, первый же непреложный вывод состоит в следующем: они стали окончательным и неопровержимым доказательством вероломства нацистской Германии. Неужели и после этого у кого-то из американцев повернется язык заговорить об умиротворении Гитлера или о том, что его обещаниям можно верить? Он дал России самые четкие гарантии ненападения и получил в ответ рабскую готовность Москвы выполнить любое его желание. Чтобы «умиротворить» его, Сталин разрушил так называемый «демократический фронт», который Россия сама же и поддерживала, предал международное коммунистическое движение, которое он лично возглавлял, ползал в нацистской пыли у ног Гитлера. Не помогло! В первый же момент, показавшийся ему выгодным, Гитлер нарушил все свои обещания и пошел войной на «умиротворителя». Отметим же для себя хотя бы этот факт.

Столь же очевидна мораль происходящего в отношении двуличной политики самого Сталина. Он обманул своих потенциальных союзников – Францию и Британию. Он намеренно дал Гитлеру «зеленый свет» на развязывание войны в 1939 году, пообещав не оказывать помощь Польше. Вся его стратегия была построена на фундаменте вероломства. Он, словно азартный игрок, поставил будущее международного коммунистического движения на карту затяжной войны, которая должна была ослабить и Германию, и Британию и дать возможность России воспользоваться их взаимным истощением. Теперь же он подорвался на мине собственной дипломатии, и сам его режим оказался под угрозой гибели.

Итак, между бывшими партнерами началась война. Для нас и англичан было бы опасной ошибкой считать это однозначным благом. Слишком часто мы впадали в эту ошибку в прошлом. Мы совершали ее, когда Гитлер напал на Польшу, когда он сокрушал Норвегию, когда его танки мчались по Голландии, Бельгии и Франции, когда он вторгся в Югославию, когда его войска появились в Бенгази, когда он высадил десант на Крите. Каждый раз мы твердили, что Гитлер идет на безумный риск, допускает «первый роковой просчет», опрометчиво увеличивает число своих врагов и начинает войну еще на одном фронте в дополнение к предыдущим. Но всякий раз оказывалось, что Гитлер все рассчитал верно – по крайней мере, с точки зрения непосредственных результатов его действий.

Впрочем, по сравнению с одним вариантом развития событий – вариантом, еще несколько дней назад казавшимся вполне возможным – нападение Германии на Россию представляет собой однозначное благо для демократий. Речь идет о создании полномасштабного военного альянса между Сталиным и Гитлером. Так вот, по сравнению с этой возможностью каждый самолет, каждый танк, каждый солдат, каждый день, что Гитлер потеряет в России, дает преимущество Британии и Соединенным Штатам. Даже если представить себе, что он сможет захватить Россию, не потеряв ни одного человека или пушки, ему все равно придется уничтожить немалую часть русского военного снаряжения и производственного потенциала, который в случае союза с Москвой попал бы в его распоряжение нетронутым.

II

Однако победа Гитлера над Россией чревата для США самыми мрачными последствиями. В его руки в этом случае попадет огромный военный арсенал – аэропланы, танки, пушки, субмарины, которые, даже если предположить, что они второсортны по своим боевым возможностям, можно тем не менее с большим успехом использовать против тех, у кого такая техника еще хуже или просто отсутствует.

Кроме того, Гитлеру достанутся огромные сырьевые ресурсы, – особенно зерно и нефть – позволяющие ему много лет не ощущать последствий британской блокады. Он сможет создать в Москве марионеточное правительство, еще более сервильное, чем правительство Виши во Франции, чтобы направить ресурсы и ненависть России против западных демократий. Оккупация России позволит ему напасть на Сирию, Ирак и Иран и, возможно, захватить эти богатые нефтью страны, при необходимости проникнуть в Китай и Индию, а также установить прямую связь с Японией.

Если у Японии ее собственный альянс с вероломным партнером, аналогичный тому, что поставил Сталина на грань гибели, а Муссолини низвел до положения вассала Германии, вызовет соблазн немедленно поучаствовать в общем грабеже, Гитлер сможет предоставить ей множество самолетов для осуществления планов Токио в Китае, Голландской Ост-Индии и в западной части Тихого океана. Америка же окажется лицом к лицу с гитлеровской угрозой на двух океанах сразу, что сразу же сделает наше положение весьма опасным.

В этой ситуации задачи нашей внешней политики очевидны. Сейчас не время для праздного удовлетворения от того факта, что два жестоких тоталитарных режима, вызывающих у нас отвращение, заняты теперь столь приятным для нас делом – взаимным истреблением. Скорее пришла пора действовать. Ибо, как отметил вчера мистер Черчилль, наступил один из великих кульминационных моментов нынешней войны, несущий нам не только новые опасности, но и новые благоприятные возможности.

Нам, естественно, выгодно, чтобы кампания Гитлера в России затянулась как можно дольше и обошлась ему как можно дороже. Это не только позволит Британии выиграть драгоценное время, но и даст нам возможность довести до совершенства наш собственный оборонный потенциал. Поэтому нам следует смело воспользоваться представившимся шансом создать Гитлеру как можно больше трудностей в тот самый момент, когда он наконец пошел на риск войны на два фронта, удвоив и утроив нашу помощь Британии.

В ближайшие недели или месяцы произойдет одно из двух: либо Британия сможет бомбить Германию практически безнаказанно, нанося невосполнимый ущерб военной промышленности нацистов, либо Гитлеру придется перебросить с Восточного фронта значительную часть своей авиации, чтобы защищаться от английских ВВС, в результате чего его войска, вероятно, увязнут в России.

Пришло время, чтобы Соединенные Штаты предоставили для войны на Западном фронте все бомбардировщики, истребители и штурмовики, что мы можем выделить без ущерба для боеготовности нашей собственной армейской и морской авиации. Действуя без промедления сейчас, мы в будущем вдвойне пожнем плоды успеха.
Перевод: Максим Коробочкин ©
«The New York Times», США, 23 июня 1941 года

Tags: История
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments