fan_project (fan_project) wrote,
fan_project
fan_project

Category:

Они шли на Курск...



ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ, 8 августа. (Воен. корр. «Правды»). Когда разговариваешь в районе Орла с пленными немцами или знакомишься с их показаниями, то прежде всего обращает на себя внимание подавленное настроение. Лишь некоторые экземпляры гитлеровцев пытаются хорохориться, напыщенно петушатся и заученно плетут об успехах и непоколебимой силе германской армии.


Передо мной лежит толстая папка протоколов опроса попавших в плен гитлеровских вояк, каждая страница полна пессимистических высказываний. Здесь и жалобы на огромные потери, и усталость от затянувшейся войны, и разбитые надежды на военное счастье и жирный пирог победителя, и ужас перед советской артиллерией, авиацией, танками.

Даже в период немецкого наступления на Курск в германской армии не было заметно особого воодушевления. Обер-фельдфебель штабной батареи 74-го артполка второй немецкой танковой армии Герхард вспоминает:

«Выслушав приказ Гитлера о наступлении, все разошлись молча, многие опустили головы, ибо умирать никому неохота. Каждый знал, что наступление в России — это не бал-маскарад».

Суровая действительность превзошла самые мрачные предчувствия. Опущенные головы многих десятков тысяч солдат никогда уже не поднялись и навсегда остались на просторах Курской и Орловской земли.

«Наша рота до наступления имела 120 солдат, но уже в первый день боев потеряла 100 человек. На всю роту остался один офицер», — говорит перебежчик солдат 3-й роты 348-го полка 216-й пехотной дивизии С. Военнопленный солдат 5-й роты 18-го полка 6-й пехотной дивизии Эдвир Ренша указывает, что за два дня наступления его дивизия была настолько истощена, что в дальнейших операциях участвовать не смогла.

Красная Армия остановила гитлеровские войска, а затем нанесла им такой удар, от которого немцы до сих пор не могут опомниться. При одном напоминании об этом у пленных хмурятся лица и речь становится сбивчивой и многословной.

«Утром 15 июля русские перешли в наступление. Такого огня я за всю войну не видел, — рассказывает пленный обер-ефрейтор 186-го артполка Ганс Бриль — Нельзя было показаться из щели. Как только утих артогонь, мы хотели бежать, но русские были уже со всех сторон. Я полагаю, что в результате стремительного удара русских от нашей дивизии остался только штаб».

Удар следовал за ударом. На немецкие дивизии, сосредоточенные в районе Орла, обрушилась лавина войск и техники Красной Армии. С неподдельным ужасом рассказывают пленные о массированных налетах советской авиации, о страшных опустошениях, причиняемых артиллерией, о дерзких обходах и штыковых атаках наших пехотинцев. Германские роты, полки и дивизии таяли с каждым днем, несмотря на пополнение, потери продолжали расти. Унтер-офицер 184-го полка 86-й пехотной дивизии Отто Фюрбах свидетельствует, например: «Сейчас в ротах нашего полка осталось по 30 человек, хотя мы получали пополнение. Основные потери полк понес от артиллерийского огня. Во втором батальоне вышли из строя все командиры рот».

О колоссальном уроне, понесенном гитлеровскими войсками, заявляют и все другие пленные. В их показаниях мелькают все новые и новые номера частей и подразделений, либо начисто уничтоженных Красной Армией, либо приведенных в небоеспособное состояние.

Германское командование спешно перебросило в район Орла новые дивизии, снятые с других участков фронта, и резервы, подтянутые из глубины, но и их постигла та же судьба. Тогда в окопы бросили тыловые подразделения, танкистов, оставшихся без танков, артиллеристов. Перебежчик ефрейтор 620-го артдивизиона Отто А. сообщает:

«По дороге из Орла я видел беспрерывный поток поездов с ранеными. Ничего хорошего это мне не сулило. Как только я прибыл на батарею, меня и еще нескольких артиллеристов бросили на передовую в качестве стрелков. Тогда я решил покончить на этом свою военную карьеру».

Не помогли немцам ни подкрепления, ни хваленые «Тигры», ни авиация. Точные выстрелы советских пушек разнесли на куски веру немецкого солдата в непобедимость танка.

«На «Тигры» наши солдаты возлагали большие надежды, — показывает унтер-офицер 35-го полка 4-й танковой дивизии Курт Блюме. — Его широко рекламировали. Двадцать раз его фотографии приводились в газетах. На самом деле оказалось, что «Тигр» положения не спасает. У солдат исчезла и эта надежда».

То же положение оказалось и в авиации. Советские самолеты сразу завоевали господство в воздухе и немилосердно утюжили боевые порядки гитлеровских войск.

Воинственный пыл гитлеровцев гас день ото дня. Оптимизм бесследно улетучился под тяжким молотом нашего наступления.

«Настроение солдат подавленное», — говорит один пленный. «Война надоела каждому», — вторит другой. «В моей роте уцелел один единственный старый фронтовик. — показывает третий, — и каждый новый солдат помнит об этом и дрожит за свою жизнь».

«Да, русская армия стала другой», — печально констатирует четвертый.

Тщетно пытаясь задержать натиск наших войск, гитлеровцы несли все новые потери и начали поспешно отступать, но и отступая, германская армия осталась верной себе — осталась разбойничьей бандой. Она сжигала деревни, взрывала дома в поселках, расстреливала заключенных, угоняла с собой население. // Л.Огнев.

Л.Огнев, «Правда» №198, 9 августа 1943 года

Tags: История
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Привидения российских императоров

    Помимо американских президентов призраки российских императоров тоже иногда проникают в наше пространство и время. Самый знаменитый из них…

  • Призраки американских президентов

    Самые известные призраки государственных деятелей прошлого – это, безусловно, призраки американских президентов. Правда, не всех, а…

  • Аккорды небесной музыки

    22 марта 1832 года в своем доме в Веймаре умирал 83-летний Иоганн Вольфганг Гёте. У изголовья умирающего собрались родственники и друзья.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments