fan_project (fan_project) wrote,
fan_project
fan_project

Category:

На экране - Броненосец «Потемкин»



Об этом фильме слышал, наверно, каждый. Но мало кому из нас, англичан, довелось его посмотреть, и зрители, собравшиеся на показ в Обществе любителей кино, состоявшийся в прошлое воскресенье, знали лишь то, что речь идет о самой известной советской картине, известной по слухам и фотографиям отдельных кадров - ну и конечно по многочисленным запретам.


Как выяснилось, чтобы понять картину, им пришлось мобилизовать все свои знания, воспринять наиболее известные сцены - например, с куском испорченного мяса или расстрелом демонстрации на Одесской лестнице - как элементы единого замысла, и в то же время обнаружить в фильме другие, не столь известные, но столь же красивые и сильные эпизоды. Впрочем, чтобы оценить картину как целое, им пришлось и кое о чем забыть - о том, что по ней прошлись ножницы цензора.

Здесь есть еще один любопытный, но, пожалуй, естественный момент: хотя «Потемкин» долгое время был единственной русской картиной, о которой нам хоть что-то было известно, о его значении с точки зрения киноискусства практически ничего не говорилось. Мы не имели представления о том, что представляет собой этот фильм как произведение кинематографа.

Много писали о том, что это - образец советской пропаганды. Некоторым эпизодам придавалось чрезмерное значение, и нельзя исключать, что кое-кто из зрителей, отторгая мощное зрелище, что обрушивает на них режиссер с помощью всех средств современного кинематографа, будет доказывать: все, что они увидели - эта история о том, как жителей приморского города, приветствовавших взбунтовавшуюся команду военного корабля, безжалостно расстреляли войска. И они будут утешаться тем, что это не соответствует историческим фактам.

архивы газеты Гардиан, Великобритания, The GuardianОднако «Потемкин» - это нечто большее. Он важен не только как плод советской пропаганды, но и как произведение советского кинематографа. Пока существуют разного рода запреты, пропаганде всегда будет придаваться гипертрофированное значение, но главное не в ней - а в том, что советские режиссеры, при всем пропагандистском характере их картин, владеют всеми разнообразными кинематографическими приемами, как никто из их коллег в других странах.

Это очевидно и из книги Пудовкина «Кинорежиссер и киноматериал», которую мы рецензировали на прошлой неделе. Но Эйзенштейн работает не так, как Пудовкин, и разница между их методами больше, чем может показаться на первый взгляд. Для Пудовкина, как уже отмечалось, главное - это персонажи, а для Эйзенштейна - события, и он показывает их с изобразительной точки зрения совершенно по-новому. Для него отдельные люди - это символы масс.

Речь идет о том же методе, что использует Кинг Видор в «Толпе» ("The Crowd"), где мы видим одну семью, одного клерка, считающего, что он стоит на голову выше большинства. Нам дают понять, что он - такой же как все, один из толпы. Но показывают нам лишь одного героя. Повседневность, радости, печали и тщеславие толпы воплощаются в одной личности.

«The Guardian», Великобритания, 16 ноября 1929 года.

Tags: История
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments