fan_project (fan_project) wrote,
fan_project
fan_project

Category:

Сзади у тачанки надпись «Хрен догонишь!», спереди тачанки «Живым не уйдешь!»





Нестор Иванович Махно родился в 1888г. в небольшом селе Гуляйполе (сегодня живет менее 2 000 жителей) Екатеринославской губернии, в большой крестьянской семье. С малых лет он работал помощником пастуха, а после окончания четвертого класса церковно-приходской школы учеником столяра.

В 16 летнем возрасте Нестор поступил в театральный кружок, на поверку оказавшийся ячейкой анархистов «Союза бедных хлеборобов».

В 17 лет он вошел в состав вооруженной группы анархистов, участвовал в налетах на местных богатеев, награбленное добро "робингуды" раздавали беднякам.

Экспроприатор экспроприаторов Махно ничем не отличался от своих коллег по революционной борьбе Сталина, Камо, Котовского.

В 1906г. за незаконное владение стрелковым оружием его аоестовали, в 1907г. обвинили в покушении на жизнь двух низших полицейских чинов, а в 1908г. в убийстве военного чиновника.

22 марта 1910г. Одесский военный окружной суд приговорил 21 летнего революционера к смертной казни через повешение, учитывая несовершеннолетний возраст подсудимого на момент совершения преступления, казнь Махно заменили на каторгу.

В Бутырском каторжном централе жизнь свела Нестора с известными анархо-коммунистами: Всеволодом Михайловичем Эйхенбаумом (Волин) и Петром Андреевичем Аршиновым (Марин). В царских застенках Махнл получил «высшее» революционное образование, вместе с недурственными знаниями по истории, математике, географии, литературе.

Протестуя против тюремной администрации, он неоднократно попадал в карцер, не удивительно, что вскоре он заболел туберкулезом легких.

Из тюрьмы его освободила Февральская революция, в марте он вернулся в Гуляйполе, и создал гуляйпольскую группу анархо-коммунистов (ГГАК), захватившую власть в селе, а затем и в волости.   

В сентябре на I волостном съезде Советов Махно на месяц раньше разработанного Лениным «Декрета о Земле» объявил о конфискации помещичьих земель и их передаче, новым коммунистическим хозяйствам.

Когда 20 ноября 1917г. «Центральная рада» объявила о создании Украинской Народной Республики, в состав которой вошли Киевщина,  Черниговщина, Волынь, Подолье, Полтавщина, Харьковщина, Екатеринославщина, Херсонщина и Таврия, Махно провозгласил лозунг «Смерть Центральной Раде».

В марте 1918г. после заключения Брестского мира и продвижения австро-германских войск вглубь Украины он сколотил ватагу анархистов, и объявил бойцам, что они будут сражаться националистическими, белыми, и немецкими отрядами.

Пока Махно ездил к красногвардейцам, и уговаривал выделить ему винтовки и пулеметы, крайние националисты захватили в Гуляйполе власть. Опасаясь ареста и расстрела, Махно уехал в Москву.

Летом 1918г. в Москве он встречается с князем Кропоткиным, Лениным и Свердловым. На Владимира Ильича пламенный анархист произвел неизгладимое впечатление, по рекомендации вождя центральный комитет партии решил тайно переправить Махно на оккупированную Украину.

В июле Нестор тайно прибыл в Гуляйполе, создал партизанский отряд, и развязал боевые действия против немецких оккупантов и войск «Его Светлости Ясновельможного Пана Гетмана Всея Украины» Павла Скоропадского.

После победы под селом Дибривка, где партизаны разгромили немцев анархисты стали уважительно называть Нестора Ивановича «батько».

Постепенно в отряд стали приходить сначала десятки, а потом и сотни людей, махновцы получали всестороннюю поддержку сельских жителей, веривших, что батько сражается за правое дело против помещиков, кулаков и богатеев.

Хорошо зная окрестности махновцы тайно пробирались к планируемому месту боя, внезапно атаковали противника и при необходимости стремительно отступали. Порой анархисты переодевались в форму врага вливались в его отряды и внезапно нападали на противника на марше, или отдыхе.

Несколько раз под видом свадьбы (где Махно играл роль невесты) или похоронной процессии махновцы вступали в населенные пункты занятые противником и, захватив штаб или командиров, требовали от гарнизона полной капитуляции.

После ноябрьской революции в Германии и бегства гетмана Скоропадского в Берлин 27 ноября 1918г. отряд Махно занял Гуляйполе.

В это же время махновцы впервые вступили в стычки с войсками атамана Краснова. В декабре они вместе с большевиками заняли Екатеринослав, Нестора Ивановича назначили главнокомандующим Советской революционной рабоче-крестьянской армией Екатеринославского района.

В январе 1919г. к Гуляйполю приблизились части Добровольческой армии, испытывая жуткий дефицит в стрелковом оружии, пулеметах, артиллерии и боеприпасах, Махно объединился с 1-й Заднепровской украинской советской дивизией под командованием бывшего матроса Балтийского флота Павла Дыбенко.

4 февраля 3-я бригада Махно перешла в наступление и овладела Волновахой, Бердянском и Мариуполем нанеся белогвардейцам серьезный урон в живой силе, за эту победу Нестора Ивановича наградили орденом Красного знамени №4.

Правда, уже в начале апреля выступая на II районном съезде Советов Гуляйпольского района, орденоносец обвинил большевиков в узурпации и монополизации власти в стране, сказав участникам съезда:
«Я призываю вас к единению, ибо в единении залог победы революции над теми, кто стремился ее задушить. Если товарищи большевики идут из Великороссии на Украину помочь нам в тяжелой борьбе с контрреволюцией, мы должны сказать им: «Добро пожаловать, дорогие друзья!» Но если они идут сюда с целью монополизировать Украину - мы скажем им: «Руки прочь!» Мы сами умеем поднять на высоту освобождение трудового крестьянства, сами сумеем устроить себе новую жизнь - где не будет панов, рабов, угнетенных и угнетателей».

Интересна и резолюция съезда, я приведу ее полностью поскольку она того заслуживает:
«Русская революция чуть не с самого свержения самодержца Николая Кровавого идёт по пути установления Советского строя, при котором Советы рабочих и крестьянских депутатов на местах стараются наладить истинно-свободную жизнь без дармоедов-чиновников и без шкуродеров-помещиков, кулаков и капиталистов.
Второй районный съезд фронтовиков Гуляй-польского района перед лицом внешней опасности, приветствует товарищей повстанцев, грудью своей защищающих дело революции, призывает товарищей крестьян и рабочих, всех способных к оружию, встать на защиту Великой Народной Революции от надвигающихся на неё чёрных сил разбойников мироедов.
Но к глубокому своему сожалению, съезд вынужден также установить, что рабочей и крестьянской русско-украинской революции, кроме внешних врагов угрожает может быть ещё большая опасность от собственных своих внутренних непорядков. Советское правительство России и Украины своими приказами и декретами стремится во что бы то ни стало отнять у местных Советов рабочих и крестьянских депутатов их свободу самодеятельности. Нами не избранные, но правительством назначенные политические и разные другие комиссары наблюдают за каждым шагом местных Советов и беспощадно расправляются с теми товарищами из крестьян и рабочих, которые выступают на защиту народной свободы против представителей центральной власти.
Именующее себя рабоче-крестьянским правительство России и Украины слепо идёт на поводу у партии коммунистов-большевиков, которые в узких интересах своей партии ведут гнусную непримиримую травлю других революционных организаций. Прикрываясь лозунгом «диктатуры пролетариата» коммунисты-большевики объявили монополию на революцию для своей партии, считая всех инакомыслящих контрреволюционерами. Большевистская власть арестовывает и расстреливает левых эсеров и анархистов, закрывает их газеты, душит всякое проявление революционного слова.
Большевистское правительство, чтобы продолжать свою власть, не спросив рабочих и крестьян, вступило в новые переговоры с правительством союзных империалистов, обещая им всевозможные льготы и концессии, разрешая им ввести свои войска в некоторые местности России, которые переходят под влияние союзников.
Второй районный съезд фронтовиков, рабочих и крестьян Гуляй-Польского района призывает товарищей крестьян и рабочих зорко следить за действиями советского большевистского правительства, которое своими действиями вызывает настоящую опасность для рабоче-крестьянской революции.
Мы призываем тт. крестьян и рабочих не поручать освобождение трудящихся какой бы то ни было партии, какой бы то ни было центральной власти: освобождение трудящихся есть дело самих трудящихся. Пусть существуют различные революционные организации, пусть проповедуют свободно свои идеи, но мы не позволим ни одной из них объявлять себя властью и заставить всех танцевать под свою дудку.
В нашей повстанческой борьбе нам нужна единая братская семья рабочих и крестьян, защищающая землю, правду и волю. 2-й районный съезд фронтовиков настойчиво призывает т.т. крестьян и рабочих, чтобы самим на местах без насильственных указок и приказов вопреки насильникам и притеснителям всего мира строить новое свободное общество без властителей панов, без подчинённых рабов, без богачей и без бедняков.
Съезд приветствует рабочих и крестьян Великороссии, сражающихся вместе с нами с мировым империализмом.
Долой комиссародержавие и назначенцев!
Долой чрезвычайки – современные охранки!
Да здравствует свободное избрание рабоче-крестьянских Советов!
Долой однобокие большевистские Советы!
Да здравствует свободное революционное слово!
Да здравствуют революционные организации!
Да здравствует мировая социалистическая революция!
Долой соглашение с Российской и мировой буржуазией!
Позор социалистическому правительству, ведущему переговоры с союзными империалистами!».

На съезде Махно заявил, что в подконтрольных ему областях гарантируется политическая свобода для анархистов, меньшевиков, эсеров и большевиков.

В конце апреля 1919г. на передовой полосе харьковских советских «Известий» вышла статья-призыв «Долой махновщину!»:
«Повстанческое движение крестьянства случайно попало под руководство Махно и его «Военно-революционного штаба», в котором нашли себе пристанище и бесшабашно анархистские, и бело-левоэсеровские, и другие остатки «бывших» революционных партий, которые разложились. Попав под руководство таких элементов, движение утратило силу, успехи, связанные с его подъемом, не могли быть закреплены анархичностью действий... Безобразиям, которые происходят в «царстве» Махно, нужно положить конец».

Прочитав статью, Махно, приказал бойцам арестовать большевистских комиссаров, и содержать их под арестом до особого распоряжения.

В мае 1919г. урегулировать конфликт приехал командующий Украинским фронтом Антонов-Овсеенко, который увидев, как Махно наладил работу детских домов-коммун, школ, больниц, госпиталей признал Гуляйпольский район лучшим в Новороссии.

Согласно приказу Антонова-Овсиенко 3-ю бригаду Махно вывели из подчинения комдива Дыбенко, и переформировали её в 1-ю «Повстанческую дивизию Махно».

22 мая на Украину прибыл "злой гений" России наркомвоенмор Лев Троцкий, он поручил председателю Временного рабоче-крестьянского правительства Украины Христиану Раковскому ликвидировать «махновщину».

31 мая 1919г. командующий Южным фронтом Владимир Михайлович Гиттис отдал приказ об аресте Махно и разоружении подчиняющихся ему частей.

Предупрежденный о грозящем аресте Махно покинули фронт, на следующий день Нестор Иванович узнал, что по приказу трибунала расстреляли 7 членов его штаба.

Чтобы отомстить за погибших товарищей он послал в Москву группу боевиков-анархистов, 25 сентября 1919г. они бросили бомбу в окно Московского комитета РКП(б), от взрыва погибли 12 человек, 55 участников получили ранения.

27 июля Махно убил поднявшего антибольшевистский мятеж атамана Никифора Григорьева, причиной послужил ярый антисемитизм атамана, в начале мятежа григорьевцы уничтожили в Елисаветграде и пригороде 3 000 евреев.

В июле 1919г бойцы провозгласили Махно главнокомандующим Революционно-повстанческой армии Украины, тогда же во время деникинского «Похода на Москву», Нестор Иванович вновь пожалел красных и начал партизанскую войну в тылу у наступавших на столицу белогвардейцев.

В сентябре Слащев приказал уничтожить под Уманью беспокоящих его тылы махновцев,  генерал был уверен, что анархисты не отнимут у него много сил и времени.

26 сентября 1919г. у села Перегоновка Нестор Иванович выстроил войска в громадное каре и атаковал преследующего его противника. Исход боя помогли решить легендарные махновские тачанки, от огня которых белогвардейцы дрогнули и побежали. В этот день махновцы вырубили 1-й Симферопольский, 5-й Литовский, 2-й Феодосийский полки.

Утром 27 сентября прижав оставшиеся части беляков к реке у села Синюха, махновцы как в тире расстреляли «господ офицеров» из артиллерийских орудий.

Разбив части генерала Слащева, Нестор Иванович пошел гулять по белогвардейским тылам, вот что потом об этом вспоминал Деникин:
«…в результате в начале октября в руках повстанцев оказались Мелитополь, Бердянск, где они взорвали артиллерийские склады, и Мариуполь — в 100 верстах от Ставки (Таганрога). Повстанцы подходили к Синельниково и угрожали Волновахе — нашей артиллерийской базе… Случайные части — местные гарнизоны, запасные батальоны, отряды Государственной стражи, выставленные первоначально против Махно, легко разбивались крупными его бандами. Положение становилось грозным и требовало мер исключительных. Для подавления восстания пришлось, невзирая на серьёзное положение фронта, снимать с него части и использовать все резервы. …Это восстание, принявшее такие широкие размеры, расстроило наш тыл и ослабило фронт в наиболее трудное для него время».

Заняв в октябре 1919г. Гуляйполе и ряд других населенных пунктов Александровского уезда Махно оттянул на себя значительные силы наступающей на Москву Добровольческой армии.

В  ноябре контрразведка батьки арестовала группу коммунистов, планировавших отравить Нестора Ивановича и совершить переворот, в условиях гражданской войны следствие было коротким, обвиняемых расстреляли.

Под натиском превосходящих белогвардейских войск Махно отошел к Александровску, в районе которого 5 января 1920г. махновцы встретились с 45-й стрелковой дивизией РККА.

6 января Нестор Иванович отказался выполнить приказ командарма 14-й армии Уборевича, о переброске своих частей на Польский фронт.
Произошло боестолкновение красных и анархистов, махновцы снова ушли в Гуляйполе.

Вскоре к Махно прибыл посланник Врангеля, предложившего заключить союз против большевиков, барон пообещал батько после победы Белого движения проведение либеральной земельной реформы. Нестор Иванович от предложенного союза отказался, а самоуверенного парламентера приказал расстрелять.

В августе 1920г. Нестор Иванович получил серьезное пулевое ранение в ногу (за период гражданской войны он был ранен 10 раз).

После того как белогвардейцы в очередной раз выбили махновцев из Гуляйполя, 1 октября Махно вновь вступил в переговоры с советским командованием.

2 октября правительство УССР и Махно подписали соглашение о прекращении боевых действий, была объявлена всеобщая амнистия махновцев и разрешена пропаганда идей анархизма.

26 октября 1920г. сводные войска Махно и РККА освободили Гуляйполе, после чего 5 000 элитных бойцов батьки, укомплектованные 450 пулеметами и 32 орудиями, возглавляемые лучшим командиром повстанческой армии Семеном Каретниковым выступили на штурм врангелевского Крыма.

Совместно с красноармейцами махновцы форсировали Сиваш, а 11 ноября 1920г. у Карповой Балки нанесли серьезное поражение корпусу генерал-лейтенанта Барбовича.

26 ноября 1920г. через 9 дней после освобождения Крыма от белогвардейцев, войска РККА внезапно атаковали махновцев, Нестор Иванович поспешно оставил Гуляйполе и ушел на правобережную Украину.

К маю 1921г. на Полтавщине под знаменами Махно оставалось 1500 бойцов, в июле он предложил командирам скрытно выдвинуться в Западную Украину и поднять там восстание, идти в Галицию согласилась только горстка самых преданных бойцов.

Не сумев поднять восстание и понимая бесперспективность дальнейшей борьбы, 28 августа 1921г. Махно с отрядом в 78 человек перешел украинско-румынскую границу.

Румынские власти поместили махновцев в лагерь для интернированных лиц с невыносимыми условиями содержания, в бараках свирепствовал тиф, люди быстро теряли вес, многие умирали не получив элементарной медицинской помощи.

В середине сентября 1921г. нарком иностранных дел РСФСР Георгий Васильевич Чичерин потребовал у румынской стороны выдачи Махно, но получил категорический отказ.

Боясь ссоры с большевиками, румыны предоставили Махно и другим анархистам возможность бежать, чем анархисты и воспользовались, успешно перебравшись через польско-румынскую границу.

В Польше Нестор Иванович жил на пожертвования, присылаемые анархистами со всех концов света, ему предлагали сотрудничество петлюровцы и польские коммунисты, он отказал и тем и другим.

25 сентября 1923г. Махно арестовали, инкриминировав ему подготовку коммунистического переворота в Галиции, правда уже в ноябре суд оправдал Нестора Ивановича и его товарищей.

В апреле 1924г. Махно переехал жить в Данциг, а затем в Париж.

В Венсене пригороде Парижа он влачил нищенское существование, добывая себе пропитание столярной работой и даже плетением тапочек.

За несколько лет до  смерти Махно мечтал о том, чтобы создать Международную анархо-коммунистическую федерацию, но эту идею не поддержали даже его близкие соратники.

В начале 1934г. у батьки стал прогрессировать туберкулез, от которого он и умер 6 июля 1934г.

Прах великого анархиста замуровали в колумбарии кладбища Пер-Лашез рядом с могилами парижских коммунаров.

Сергей Есенин посвятил Нестору Ивановичу Махно поэму «Страна Негодяев», в ней он выведен под именем Номаха романтика анархиста, хотя комиссар Чарин произносит в поэме и имя Махно:
«Да, Рассветов! но все же, однако,
Ведь и золота мы хотим.
И у нас биржевая клоака
Расстилает свой едкий дым.
Никому ведь не станет в новинки,
Что в кремлевские буфера
Уцепились когтями с Ильинки
Маклера, маклера, маклера...
И в ответ партийной команде,
За налоги на крестьянский труд,
По стране свищет банда на банде,
Волю власти считая за кнут.
И кого упрекнуть нам можно?
Кто сумеет закрыть окно,
Чтоб не видеть, как свора острожная
И крестьянство так любят Махно?
Потому что мы очень строги,
А на строгость ту зол народ,
У нас портят железные дороги,
Гибнут озими, падает скот.
Люди с голоду бросились в бегство,
Кто в Сибирь, а кто в Туркестан,
И оскалилось людоедство
На сплошной недород у крестьян.
Их озлобили наши поборы,
И, считая весь мир за бедлам,
Они думают, что мы воры
Иль поблажку даем ворам.
Потому им и любы бандиты,
Что всосали в себя их гнев.
Нужно прямо сказать, открыто,
Что республика наша - bluff,
Мы не лучшее, друг мой, дерьмо».

Последней задуманной, но не написанной Есениным поэмой стала поэма «Гуляй-Поле», её главный герой мог бы затмить многие поэтические образы в русской поэзии, но к сожалению этого не случилось.


Tags: Гражданская война, Нестор Махно, гибель страны
Subscribe

  • Горсть земли

    Голос командира полка, обычно такой твёрдый и раскатистый, звучал из телефона возбуждённо и незнакомо: — Доложите обстановку. Скорее!…

  • Гвардии рядовой

    Майор — человек, по всей видимости, бывалый, собранный и, как все настоящие воины, немногословный — рассказывал о нём с…

  • Последний день Матвея Кузьмина

    Матвей Кузьмин слыл среди односельчан нелюдимом. Жил он на отшибе от деревни, в маленькой ветхой избёнке, одиноко стоявшей на опушке леса,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments