fan_project (fan_project) wrote,
fan_project
fan_project

Category:

На подступах к полицей-президиуму




Всё тесней смыкается кольцо вокруг немцев, обороняющихся в центре города. Вот уже и мрачная громада полицей-президиума. Его громоздкие сообщающиеся корпуса с внутренней тюрьмой, большими пристройками и колодцами-дворами занимают целый квартал у Александерплац.

Моя рота получила приказ штурмовать эти здания, но большая группа неприятеля засела в подвале одного дома и огнём пулемётов и фаустпатронов преградила нам выдвижение на рубеж атаки. Положение осложнялось тем, что дом и особенно подвал нельзя было достать даже артиллерией…

Незадолго до начала штурма ко мне обратился старший сержант Иванов с просьбой выделить ему трёх бойцов, с которыми он попытается ликвидировать немцев, стреляющих из подвала. Ознакомившись с его планом, я дал разрешение.


Старший сержант с тремя автоматчиками пробрался через пролом в стене и скрылся в соседнем доме. Немного спустя они появились среди развалин, ползком пробираясь к дому, где засели фаустники. Их заметили немцы из здания полиции и открыли огонь. Но смельчаки продолжают ползти. Вот они уже совсем близко от цели. В это время пуля ранит старшего сержанта. Он задерживается лишь на несколько минут, чтобы перевязать себя, и снова ползёт, напрягая силы… Еще немного, и вся группа исчезает за рухнувшей стеной.

Превозмогая боль, Иванов первым поднимается на ноги и бросает гранаты в окно подвала, из которого только что прозвучала очередь пулемёта. Вслед за ним бросают гранаты автоматчики Табунюк, Гончарук и Евченко. Они одновременно врываются в подвал через окна и в упор расстреливают немцев. Короткая схватка, и одиннадцать уцелевших гитлеровских головорезов бросают оружие, поднимают руки.

Командиру роты гвардии старшему лейтенанту Балабкину перед штурмом здания полиции приказано было захватить соседний дом, занятый немцами, из которого они простреливали все подступы к главным корпусам. Для прикрытия роты он назначил мой пулемётный расчёт. Выполняя задание, я вместе с расчётом скрытно пробрался в соседний дом и, заняв позицию в окне второго этажа, открыл огонь по дому, где сидели немцы. Мы расстреливали их огневые точки не только из станкового пулемёта, но также и из автоматов. В это время рота во главе со старшим лейтенантом Балабкиным бегом преодолела опасный участок и ворвалась в дом.

Немцы открыли огонь по моему пулемёту, когда наши были уже в доме напротив. Я приказал наводчику Кондрову быстро сменить позицию, перенести пулемёт на первый этаж. Только он выполнил моё приказание, как немцы увидели нас, и большая группа бросилась на пулемёт.

Выждав несколько секунд, я скомандовал: «Огонь!»

Кондров выстрелил из пулемёта в упор по противнику. Его помощник боец Шепило и я одновременно открыли огонь из автоматов. Фашисты заметались, падая под нашими пулями.

Едва подразделения гвардии майора Илсакова двинулись в атаку на здание полицей-президиума, как на них обрушился сосредоточенный огонь. Это был форменный шквал свинца и стали, который грозил смести всё живое. Казалось, атака должна была захлебнуться, едва начавшись. Но в этот критический момент на мостовой появляется гаубица нашего дивизиона, поддерживавшего батальон. Командиром орудия был гвардии старший сержант коммунист Легких. Пренебрегая смертельной опасностью, расчёт выкатывает орудие на открытую позицию и в упор открывает беглый огонь по зданию полиции. Одновременно вступают в действие станковые пулемёты. Огонь фашистов сразу слабеет. Один за другим, не переставая, гремят выстрелы отважного расчёта. В воздух взлетают груды кирпича, вывороченные балки, земля, хороня под собой немцев…

Ещё минута, и залёгшая пехота подымается в атаку. Бойцы бегут стремительно во весь рост. Опасный участок уже пройден. В подъезд и окна летят ручные гранаты. Ещё мгновение, и бойцы врываются в здание…

Начинается рукопашный бой в коридорах и на лестницах.

На соседнем участке, у центрального корпуса тюрьмы, противник сопротивлялся ещё ожесточённее. Этот массивный корпус был очень выгодным для обороны всего здания полиции. Из него простреливались все подступы к зданию со стороны Александерштрассе. Пехота не выдержала убийственного огня и залегла.

В это время в наш дивизион прибыл заместитель командира полка гвардии майор Орябинский. Поставив нам задачу, он вместе со мной, парторгом Рябоконь и комсоргом Морозовым отправился на батареи.

После бесед, которые мы провели с членами и кандидатами партии, коммунист командир батареи гвардии старший лейтенант Дергунов принял смелое решение. Он берёт с собой командира отделения разведки коммуниста Попова, двух бойцов и пробирается в дом, находящийся против окон здания тюрьмы. В нём ещё отсиживается группа немецких фаустников. В происшедшей схватке смельчаки уничтожают немцев. Дергунов ранен, но это не останавливает его. Вместе со своими бойце ми отважный офицер прорывается на третий этаж и открывает из окон стрельбу по огневым точкам в тюрьме.

Пользуясь этим, расчёт орудия гвардии старшего сержанта Легких выкатил на улицу заранее подготовленную гаубицу и открыл беглый огонь по зданию тюрьмы. В течение нескольких минут огневые точки врага, мешавшие продвижению, были уничтожены, пехота вновь бросается в атаку и на этот раз врывается в здание.

Штурм здания полицей-президиума происходил ночью с разных сторон. По сигналу командира батальона капитана Новохатъко наша рота под командой лейтенанта Алфёрова первой начала выдвижение на рубеж атаки. Улица была ярко освещена огнём горевших танков, и немцы сразу обнаружили перебегавших бойцов и открыли по ним сильный пулемётный огонь. Несмотря на это, командиру роты удалось с десятком бойцов ворваться во двор через ворота. Остальные во главе с лейтенантом Симохиным, подобравшись под защитой забора к зданию, закидали гранатами окна и полезли в них. Первым полез сержант Гончаров, за ним лейтенант Симохин с остальными бойцами. Сразу же в комнатах и коридорах загремели взрывы ручных гранат и автоматные очереди…

Немцы отступали в верхние этажи. Часть скрылась в подвалах. Оставляя у входов в подвалы охрану из пулемётчиков, рота продолжала прочёсывать здание. Вдруг мы услышали, как кто-то впереди закричал по-русски: «Немцы, немцы!..» Мы в недоумении остановились, приготовив автоматы и гранаты. Лейтенант Симохин крикнул:

- Кто идёт?

В ответ мы услышали:

- Свои!.. Алфёров.

Это был командир роты лейтенант Алфёров со своей группой. Им удалось ворваться в здание со стороны двора…

Через некоторое время, продвигаясь дальше, мы соединились с ротой гвардии старшего лейтенанта Балабкина, которая ворвалась в здание несколько позднее нас с противоположной стороны. Командир батальона капитан Новохатько сказал нам:

- Отлично, товарищи! Одно дело сделали!

Гвардии сержант И. ПЕСЧАНСКИЙ.

Гвардии майор СТРАТУЛОТ.

Гвардии старшина К. БЕКБАУ.

Гвардии капитан М. ДАВЫДОВИЧ.

Штурм Берлина (Воспоминания, письма, дневники участников боев за Берлин), 1948г

Tags: История
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments