Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Слава - это в каком-то смысле тюрьма




Рудольфо Валентино, самая знаменитая кинозвезда немого кино, после внезапной смерти стал объектом религиозного культа. Коронные его роли - образы экзотического шейха и галантного гаучо. Валентино называли «великим любовником эпохи», «красивейшим мужчиной в мире». Энтузиазм толпы в последние годы жизни актёра, его смерть и торжественные похороны не имеют ничего равного в истории американского кино, такого не было даже тогда, когда в автомобильной катастрофе погиб Джеймс Дин или покончила с собой Мэрилин Монро.

Collapse )

Как добропорядочные английские «джентльмены» жён продавали




Поразительно, но еще в начале XX века в Англии можно было увидеть, как мужья, словно сисястых телок вели продавать жен на рынок.  Чтобы не продешевить, жадные островные мужички, устраивали на базарной площади самые настоящие торги, с начальной ценой лота и пятипроцентными шагами аукциона. Состоявшаяся сделка приравнивалась сторонами купли-продажи к официальному разводу.

У английских алкашей были «официальные» способы избавиться, от надоедливой жены, но они предпочитали рынок и вот почему:
- За убийство жены главе семьи светил смертный приговор, или каторга;
- Англиканская церковь могла легко расторгнуть брак, но после развода она запрещала второй раз жениться;
- Побег с молоденькой любовницей в другую часть страны, лишал владельца права на его движимое и недвижимое имущество;
- Помощь нотариуса в бракоразводном процессе стоила безумных денег.

Collapse )

S.P.Q.R клеймо древнего Рима




Сначала Рим управлялся выборными царями, которых граждане могли изгнать за любую промашку. Древнеримская «лафа» закончилась с воцарением Тарквиния Гордого, захотевшего стать первым римским тираном. Почувствовав на своей шкуре бремя абсолютной власти, римляне подняли восстание и вышвырнули растерявшего всю  свою гордость правителя вон из города.

Collapse )

Два старика: предатель и герой




«Вот на карте деревня Хобня. А вот тут, возле Шумилина, есть хуторок. В сорок третьем году они стояли километров за сто от линии фронта, в тылу у немцев. Мы в этих местах дней двенадцать ходили. Помню, к своим собрались. Вдруг Гриша Никишин слег. Жар, бредит… Расстегнул у него рубаху — сыпняк! Положили на плащ-палатку, идем из леса к деревне. В крайнем доме — старик со старухой. Сел со стариком рядом.

Collapse )

«Фердинанд» со злости, бил по людям прямой наводкой




Старая фотография. У бревенчатой избы стоят и сидят двадцать пять человек. Совсем молодые ребята. Генерал вручил им награды и присел вместе с ними на память сфотографироваться. Рядом с генералом — Шубин, он только что получил орден Славы. Тут же сидит корреспондент фронтовой газеты. На фотографии — генеральская надпись: «Мои любимые разведчики».

Collapse )

Он был разведчиком




Его зовут Георгий Георгиевич. Он директор зоологической базы и дрессировщик. Ему пятьдесят два года. Последние восемь лет я знаю этого человека. Мы подружились, и я, кажется, знал все о его прошлом. Он родом из Кирова. Двенадцати лет стал ходить на охоту. Однажды попал в лапы медведю и не погиб потому только, что был хладнокровным — под медведем сумел приподнять ружье и выстрелил зверю в пасть. После этого, истекая кровью, он шел по тайге двадцать четыре версты, и только на пороге дома силы его покинули. В лесном поединке с браконьерами он получил пулю в бедро, а после операции снова пошел по следам браконьеров. Он побывал во многих зоологических экспедициях. Ловил архаров в Китае, ездил в Норвегию за бобрами, был в Турции и Финляндии.

Collapse )

Антониха




— Может, кто-нибудь все-таки согласится? — повторил я свою просьбу.

Двое лодочников бросают цигарки, сосредоточенно мнут их сапогами, глядят на реку и качают головами:

— Опасно…

Collapse )

Побег (ч.1)




Этой истории сорок лет. Точная дата — 8 февраля 1945 года. Первая ее публикация была устной — неведомый телеграф разнес известие по фашистским лагерям смерти. Замученные, истощенные, на гибель обреченные люди радовались ей, как собственной победе. Это было то, о чем каждый мечтал. Бежали! Да как — на захваченном самолете!

Во фронтовой газете советских, подступавших к Одеру войск появилась в далеком том феврале заметка со снимком: на подтаявшем поле на брюхе лежит самолет «хейнкель». Из него только что вышли люди в полосатой одежде. Два часа назад они еще были узниками. Истощенные до предела — кожа и кости. Но долетели. Ад — позади…

Collapse )

Отцовский суд




Три года из блокнота в блокнот я переписывал пометку: «В деревне Каробатово Пермской области живет лесник-охотник. На втором году войны убил в лесу сына-дезертира. Повидать непременно».

Collapse )

Возмездие




Я провел две недели в Германии, охваченной ужасом, пылающей и дымящейся. По длинным дорогам в снег или в грязь плетутся немцы и немки. Эти дороги завалены мебелью, утварью, тряпьем. Горят города. В опустевшие ратуши заходят одичавшие свиньи. Ветер треплет клочья городских знамен с орлами, со львами, с оленями. Мы могли бы сказать: каждому свой черед; но мы выше злорадства. Другое чувство нас вдохновляет: мы видим торжество справедливости. Говоря о возмездии, многие думали только о параграфах грядущего договора. Не знаю, каким будет вердикт дипломатов. Бесспорно, фашистское мракобесие найдет своих защитников — ревнителей «равновесия», равновесия между светом и тьмой. Но каким бы ни представлялся нам будущий мир, одно ясно: возмездие уже началось, Германия узнала, что такое война. И кто знает, может быть, немцам запомнятся эти недели и месяцы войны на немецкой земле куда больше, чем все обязательства мирных трактатов?

Collapse )