Category: спорт

Category was added automatically. Read all entries about "спорт".

Невыдуманная история японского богатыря



Масахико Кимура родился 10 сентября 1917 года в городке Кумамото. Однажды во время школьного урока, когда учитель отлучился из класса шалун Масахико вскочил на хрупкий бамбуковый стол преподавателя и стал выделывать на нем замысловатые па, веселя класс. Хлюпкая конструкция не выдержала и сломалась. Мальчик упал на пол, но, вместо того чтобы расплакаться, он с криками «Банзай» стал скакать по бамбуковым обломкам. Внезапно хулиган получил увесистую затрещину, а следом еще одну, это в класс вернулся учитель, господин Тагава.

Утирая слезы Масахико поклялся отомстить обидчику, и выяснив, что у преподавателя первый дан по дзюдо, записался в ближайший учебный зал дзюдзюцу. Вскоре парнишка с голыми руками не побоялся вступить в бой со стаей бродячих псов и одержал победу.

В 9 классе Масахико легко сдал физические испытания и выиграл бой, чтобы получить третий дан по дзюдо. Оставалось пройти только письменный экзамен, с ним и возникла затыка. Ничего не написав, Масахико перед звонком вырвал у соседа его работу, нацарапал свое имя и сдал в комиссию. Учителя то ли не видели подмену работ, то ли не хотели видеть, но они подтвердили Кимуре, третий дан.

Collapse )

МОЯ КОМАНДА



Яков Николаевич соединился по телефону с начальником паровозной службы и спросил:

— Работники тебе требуются?

— Очень.

— Так я пришлю к тебе Виктора Мирошко. Возьми его в штат инспектором.

— С удовольствием. А он кто, этот Мирошко? Котельщик?

Collapse )

ПОБЕДА



Профессор Куприянов славился строгостью, которая многим студентам казалась чрезмерной. Принимая зачет по органической химии, Куприянов требовал знания предмета и никому не делал поблажек. Игорь это прекрасно понимал и потому так серьезно и обстоятельно готовился к зачету.

Надо сказать, что у профессора Куприянова и студента четвертого курса Игоря Лебеденко отношения испортились после одного довольно пустякового случая.

Как-то волейбольная команда института во главе с капитаном Игорем Лебеденко проводила тренировочную встречу. Площадку окружили болельщики. Многие следили за игрой прямо из окон общежития. Третий корпус именовался северной трибуной, а четвертый — южной.

Игорь играл в центре у сетки. Получив высокую передачу, он подпрыгнул и резко ударил по мячу. Удар, однако, был неточен. Мяч влетел в открытое окно квартиры профессора Куприянова.

Collapse )

ЦЕНТР НАПАДЕНИЯ



Когда, умело овладев мячом, Костя мчался к воротам, шум на стадионе, нарастая, подобно лавине, катился по бетонным ступеням трибун.

А когда, оставив позади себя ошеломленных защитников, Костя прорывался на вратарскую площадку противника и точным ударом с ходу посылал мяч в сетку, стадион стоя приветствовал его. Ребята, ликуя, размахивали кепками, кричали: «Тама!» — и выпускали в поднебесье голубей.

Костя Семенов слыл выдающимся футболистом, незаменимым центром нападения и давнишним кумиром великого, благородного племени болельщиков.

В описываемый день команда, в которой играл Костя, неуклонно штурмовала ворота противника. Вся пятерка нападающих вырвалась вперед. Молниеносно обойдя защитника, Костя передал мяч правому полусреднему и, получив от него ответный пас, отправил мяч в левый угол ворот.

Collapse )

ТУМАН НАД ТЕМЗОЙ



В час, когда над Лондоном опустился туман и машины с зажженными фарами двинулись на стадион, Мазуркин созвал у себя в кабинете совещание по вопросу о ходе ремонта бочковой тары.

Все приглашенные на совещание заняли свои места, и тут Мазуркин схватился за голову. Он совершенно упустил из виду, что именно в эти часы на лондонском стадионе начиналась весьма ответственная игра.

С того момента, как наши футболисты улетели в Лондон, Мазуркин лишился покоя. Болельщик с двадцатилетним стажем, завсегдатай стадиона, авторитетный знаток футбола, Мазуркин начал терять в весе.

Collapse )

ТУРЕЦКИЕ БУТСЫ



Пека Дементьев знаменит и поныне. А долгие годы он слыл одним из самых ловких, самых смелых и искусных футболистов Советского Союза. Где бы ни играли — в Москве, в Ленинграде, в Киеве или в Турции, — как только выходит, бывало, на зеленое поле Сборная команда СССР, все сейчас же принимаются кричать:

— Вон он! Вон Дементьев! Курносый такой, с вихром на лбу… Вон самый маленький! Ах, молодец Пека!

Узнать его было очень легко: самый маленький игрок Сборной СССР. Он едва до плеча всем доставал. Его и в команде никто не звал по фамилии — Дементьев или по имени Петр. Его все ласково звали Пекой. Пека, и все. А в Турции его прозвали «товарищ Тонтон». Тонтон — это значит по-турецки маленький. И как только выкатывался с мячом на поле Пека, сейчас же зрители начинали кричать:

— А, товарищ Тонтон! Браво, товарищ Тонтон! Чок гюзель — очень хорошо, товарищ Тонтон!

Collapse )

ЧЕСТНОЕ СЛОВО БОЛЕЛЬЩИКА



Каждый хвалит тот вид спорта, которым он увлечен. Когда теннисисту предлагают сыграть в волейбол, он высокомерно улыбается и поправляет складку на своих белых штанах. Из этого ясно видно, что он считает волейбол занятием грубым, вульгарным, недостойным выдержанного спортсмена из непроизводственной ячейки.

Городошники возятся у своих квадратов, бормочут странные, медвежьи слова «тыка» и «ляпа», мечут окованные медью дубины и в восторге бьют себя по плоским ляжкам. Вид у городошников совсем не спортивный. Длинные черные штаны и развалистая походка делают их похожими на грубиянов-шкиперов из маленькой гавани. Они всем сердцем преданы городошническим идеям. Когда они видят теннисный корт, над которым летает легкий белый мячик, их разбирает смех. Можно ли, в самом деле, заниматься такими пустяками!

Легкоатлет, делая прыжок с шестом, возносится на высоту третьего этажа, и, конечно же, с такого птичьего полета и теннис, и волейбол, и городки кажутся ему занятиями пигмеев.

Collapse )

Мертвые за живых



I. Бегство
Комон, иначе именуемый – Гимнаст, – начал игру с правительством. Почтенная игра эта угрожала так плотно, что утром, заслышав на коридоре ласковый перезвон шпор, Комон, не медля секунды, перестал завтракать. Он встал, выпрямился, все еще с набитым, жующим по инерции ртом; затем, решительно выплюнув непрожеванный сыр, поднял револьвер и подошел к двери.

Откройте, – многозначительно воскликнул некто из коридора.

Сколько вас? – спросил Комон. – Я спрашиваю потому, что, если вас очень много, вы не поместитесь все в одной комнате.

Комон, именуемый Гимнаст. Откройте.

Я потерял ключ.

Ломайте, ребята, дверь.

Я посмотрю на вас в дырочку, – сказал Гимнаст.

Collapse )

Как погибла хоккейная команда ВВС



Рассказывает Игорь Маринов:

- Когда в декабре 1992 года страна отмечала 70-летие со дня рождения Всеволода Боброва, мы по печальному обыкновению сокрушались о том, как безвременно ушел от нас этот неповторимый спортсмен. И вдруг вспомнилось: а ведь его смерть могла оказаться куда более ранней, не смилостивись в какое-то таинственное мгновение судьба над Всеволодом Михайловичем и не выдерни его из цепочки товарищей, которые морозным утром 5 января 1950 года поднимались по трапу «Дугласа» на Центральном аэродроме Москвы…

Это были почти все хоккеисты команды ВВС. И все они погибли, когда «Дуглас Си-47», шесть раз заходивший на посадку в аэропорту Кольцово близ Свердловска, при последней попытке сесть рухнул на краю летного поля.

Collapse )